Просто сделав шаг от него, я разрушил всё представление о себе, как об отце. Я посеял в маленьком сердечке жгучую обиду и непонимание. Это маленькое и неиспорченное сердечко не понимает, почему я развернулся к нему спиной, когда он хотел идти навстречу. Арслан не в силах понять, почему я не ждал его так же сильно, как он ждал меня на протяжении ""ста миллионов вопросов"" обо мне.
Странное ощущение сдавливает горло в тисках и душит меня с каждым последующим шагом только сильнее.
Резво перебирая ногами, я чуть ли не бегу к выходу и вдруг слышу позади себя то, что способно враз раздавить мое сердце, вывернуть наизнанку всю душу и выпотрошить её содержимое:
— Папа! Папа, нет! Не уходи! Постой, пожалуйста, — заходится Арслан в истерике, я накрываю уши ладонями, чтобы не слышать его мольбы.
— Я не могу... Прости меня, но... Я не могу... — слова идут сквозь зубы.
Мысленно я корю себя за свою трусость, за прошлое, что так обошлось с нами, но пру напролом.
— Но ты ведь только пришел! — разрывается он плачем.
Как бы ни было больно внутри, я не могу вестись на истерики, а голос мальчишки приближается, я сам того не понял, как замедлил шаг: — Пожалуйста, останься.
Арслан догоняет меня уже на выходе из дома. Руками цепляется за мою штанину и сколько есть сил тянет меня обратно в дом.
— Не уходи, пап. Я ведь только тебя встретил, — надсадно выкрикивает, заливаясь слезами из-за моего равнодушия.
Мне нестерпимо больно смотреть на него. Больно слышать его и понимать сколько любви заложено в этом слове ""пап"", сказанным им.
Кошки скребут, раздирают все внутренности до крови.
— Арслан, я... — сдавленно произношу, он перебивает меня.
— Пап, уходи. Уходи, если хочешь, но скажи, что ты придешь ещё. Скажи, что не оставишь меня больше одного!?"
"Крепко обнимая меня за ноги, говорит он с такой осознанностью, а моя же осознанность только что приравнялась к нулю.
В своих глазах я упал ниже некуда.
Я совершенно не понимаю, что творю...
Мне нужно на самолет. Мне нужно каким-то образом связаться с Дианой.
Готов поспорить, что в данную минуту она изводит себя дурными мыслями.
А тут ещё и Арслан свалился на мою голову.
Заставляю себя посмотреть на него. Он ждет... Ждет до последнего, что я одумаюсь. Он верит в меня тогда, когда я сам перестал в себя верить.
В холле тем временем показывается Феррат. Ему неприятно наблюдать за всей этой душераздирающей сценой. Любой другой уже вышвырнул бы меня из дома, но он не вмешивается. Даже он верит в меня.
