Все эти слова я высеку на нём, чтобы они вечность напоминали ему о той гнили, что осела в нём.
— Айсу, лопаты у нас по-прежнему хранятся в сарае? — интересуюсь я, застав тётушку врасплох.
— Лопаты? — в недоумении раскрывает она рот. — Зачем тебе понадобилась лопата в такое позднее время?
— Да так… Цветочки надо кое-какие пересадить. Не волнуйся, можешь возвращаться в дом. Я скоро приду на ужин, — говорю, лишь бы избавиться от чувства вины перед этой доброй и ничего неподозревающей женщиной.
Дожидаюсь, когда она войдёт в дом, следом направляюсь в сарай, где хранится вся садовая утварь.
Найдя лопату, я забрасываю её на плечо. Щёлкаю переключателем на крыльце, чтобы включить уличные фонари по периметру дома, следом шагаю вдоль цветочной аллеи на задний двор.
За домом находится небольшой участок, который прежде никогда и ничем не был засажен, не считая сорняка. Раньше Каплан с бабушкой держали тут домашнюю птицу и скот. Когда бабушки не стало, живность тоже со временем вымерла, а теперь у этого участка имеется совершенно другое предназначение.
Более двадцати лет здесь находится ничто иное, как могильник.
Когда мне поведали историю о том, что давным-давно в нашей семье один за другим умерли младенцы, мне было несколько не по себе, а когда мне рассказали, что этих самых младенцев похоронили за нашим домом, то я несколько дней подряд пребывал в шоке, свыкаясь с тем, что всё детство я, можно сказать, ходил по костям. Сделать из собственного двора кладбище — до такого мог додуматься только сумасшедший.
Этот участок ничем не выделяется от всех прочих наших участков. Разве что в определённом месте возложена гранитная плита, утрамбовывающая землю, где покоятся младенцы. Только члены нашей семьи знают, что этот камень стал надгробием для сестры Назара и для сына заблудшей к нам девушки."
"Мне дико даже подумать об осквернении. Для того, чтобы докопаться до истины, мне придётся раскопать это место, но никак по-другому мне не узнать всей правды. Мне крайне необходимы доказательства. За столькие годы тела успели разложиться до неузнаваемости, но земля имеет свойство хранить память об усопших.
Мне всего-то нужно заглянуть в могильник.
Взявшись за края надгробного камня, я предпринимаю попытку сместить его в сторону. Зараза, неподъёмным оказывается. Поддеваю острием лопаты, приподнимаю край и переваливаю камень кое-как, сдвинув его на достаточное расстояние.
Крепко ухватившись за черенок лопаты, я вонзаю лезвие, полностью погрузив его в твёрдую землю.
