Муж в наказание

Изображение в глазах начинает расплываться, дышать становится невыносимо трудно, пот скатывается по спине и вискам.

— София, мне что-то нехорошо, — кое-как проговариваю я, почувствовав, как меня сначала грузят на что-то твёрдое, а потом несут в неизвестном направлении.

— Это временно! — доносится невнятный голос Софии.

Не может этого быть! Меня опоили? Наглым образом опоили!

3. Конкуренция

В ушах звенит тревожный и тяжёлый звук набата, тело невыносимо затекло. Меня словно пару раз прогнали через соковыжималку.

Состояние сродни коматозному. К тому же я не могу продрать глаза и как только пытаюсь прийти в чувство, солнце ослепляет меня своей яркостью, доставляя болезненный дискомфорт. В глазницу будто загнали раскалённые паяльники.

— Ну давай, русская, просыпайся! Сколько можно спать? — незнакомым голосом кто-то произносит.

Это действует на меня получше ушата ледяной воды.

Я резко распахиваю веки и первое, что вижу — три пары глаз, уставившиеся на меня сверху вниз.

Думаю, что какой-то глюк, и зажмуриваюсь, но когда снова размыкаю глаза, эти девушки, кем бы они ни были, не исчезают из виду.

— Кто вы? — испуганно пискнула я в попытке приподняться, но одна из девушек не позволила мне этого сделать.

— Не делай резких движений. Лучше вот, — протягивает она ладонь, в которой находится спасительная таблетка адвила. Не раздумывая, я проглатываю её. — Это поможет тебе быстрее восстановиться после лошадиной дозы снотворного и продолжительного перелёта.

— Снотворного? Перелёта? Что, блин, всё это значит? — не своим голосом спрашиваю я на родном языке.

В недоумении я разглядываю девушек, сидевших вокруг меня на огромной постели.

Они какие-то странные. Хотя бы потому, что очень похожи друг на друга. Но что больше всего повергает меня в шок — похожи они и на меня, за исключением, пожалуй, одной девушки: брюнетки с тёмными глазами. У остальных, включая меня, длинные русые волосы, одинаковый разрез глаз, цвет которых варьируется от глубинного синего до небесно голубого, как у меня.

Мы словно тройняшки, которых разлучили при рождении. Разве что цвет кожи служит нашим различаем: у девушек кожа с лёгким намёком на загар, а моя же — как белый хрупкий фарфор или как чистейший кокаин. Смотря кому как больше нравится.

Нет. Это точно сон. Я сейчас с сестрой. Возможно, мы напились, что весьма странно. И то, что происходит со мной, всего лишь последствия нехилого количества выпитого алкоголя.