Экран бурлил приключениями маленького львенка и его друзей. Вера то прыгала на диване, то играла с игрушками на ковре, то раскрыв рот следила за маленьким Симбой на экране. Ангелина сидела в самом углу дивана и скромненько ела пиццу, наслаждаясь фильмом. Тимур же наслаждался ею… ими.
Вера — его ребенок и всегда будет занимать в его сердце особое положение. Но Ангелина… когда она рядом, он с трудом мог оторвать от нее взгляд, так нравилось ему ее рассматривать, и так не хватало общения.
Она рядом, сидит, улыбается, ест купленную им еду, общается.
Это ли не счастье вообще?
И пусть она не в домашнем платьице, как ей и положено, а в офисных брючках и блузке, будто чуждая этой гостиной. Но на его же диване сидит!
После «Короля Льва» включили мультфильм «Зверополис». Вера оказалась в восторге от детективной истории, Ангелина тоже, а Тимур вообще оказался близок к эйфории, так ему в компании своих девочек уютно и хорошо.
Не уставал потчевать вкусностями то одну, то вторую. Два раза ходил на кухню, чтобы сделать всем какао.
Даже поднос нашел, чтобы удобней было таскать кружки. А что, он и официантом для них побыть может. Не сложно, даже приятно
Под конец мультфильма Тимур с Ангелиной уже сидели на диване совсем рядом. Почти касались друг друга… и всё же не перешли ту самую грань, за которой их ждало полное перемирие или же новый скандал.
Тимур вел себя, как первоклассник. Очень боялся словом или делом как-то обидеть любимую женщину и предпочел насладиться малым, чем лишиться всего. Просто быть рядом, вдыхать аромат ее духов, наблюдать за красивым личиком в непосредственной близости — уже роскошь, еще недавно совершенно ему недоступная.
Эх, если бы острое неудовлетворенное желание не пытало его изнутри острым ножичком. О, сколько он готов был отдать за одну лишь ночь со своей прекрасной Ангелиной. До боли в причинном месте хотел сжать ее в объятиях, зарыться носом в ее распущенные волосы, покрыть поцелуями лицо, шею. Да чего мелочиться, в три секунды содрал бы с нее эти брючки, а заодно трусики, и владел ею в свое удовольствие часа два-три, а то и десять, там уж как повезет.
«Спокойно, Акулов, ты не тинейджер с вечным стояком, ты взрослый мужик. Полгода терпел, и еще потерпишь выдохни уже».
И он выдыхал. Старательно, тихо, так, чтобы Ангелина не заметила, в каком он находился состоянии.
Вдруг жена приметила:
— Смотри.
И показала пальчиком на разложенные на ковре подушки, на которых мирно спала еще пять минут назад вполне бодрая Верочка.
