Покажи ему что-нибудь на компьютере, его надо как-то отвлечь.
По запыхавшемуся дыханию Соболева и звуку автомобильной сигнализации я понимаю, что Дима уже садится в машину.
— Я в Подмосковье живу, — говорит. — Мне к тебе минут сорок ехать. Ты сможешь подождать?
— Да, я жду тебя.
Мне кажется, Дима хочет сказать что-то еще, наверняка спросить, почему я плачу и что произошло. Но все-таки не спрашивает, и я кладу трубку.
Возможно, звонить в такой ситуации Диме — не лучшая идея, и мне следовало бы все-таки попросить о помощи маму.
Но я очень не хочу вопросов из серии «что случилось и кто с тобой это сделал». Соболев наверняка тоже будет их задавать, но если его я могу послать на три буквы и не отвечать, то маму я послать не могу, какие бы отношения у меня с ней ни были.
У меня есть сорок минут, чтобы мало-мальски привести себя в порядок до приезда Димы.
Глава 43.
Дима Соболев
Я не еду к Соне, я лечу к ней, проскакивая красные светофоры. Чувство тревоги охватило меня сразу, как я услышал ее голос.
Я помню эти интонации еще со времён наших телефонных разговоров в школе, когда Соня пыталась скрыть от меня слезы из-за своей мамы."
"В голове крутятся ее слова: «Мне надо в больницу», «Присмотри за ребенком». Совершенно точно что-то случилось. Но почему некому посидеть с ребенком? Где Сонин муж?
Хотя при каждой мысли о муже Белоснежки меня передергивает. А когда думаю, что мой сын считает его своим папой, и вовсе кровь в венах закипает.
К дому Сони я приезжаю раньше, чем через сорок минут.
Выбегаю из машины, по памяти набираю код домофона и луплю по кнопке вызова лифта. Как назло, металлическая кабинка плетётся очень медленно. Уже собираюсь бежать на десятый этаж пешком, когда дверцы наконец-то раскрываются.
У входной двери Белоснежки делаю глубокий вдох и медленный выдох, чтобы немного успокоить ошалевшие нервы. Тыльной стороной ладони вытираю выступившие на лбу капельки пота и нажимаю на звонок. Дверь открывается почти сразу.
— Привет, — Соня здоровается полушепотом. — Проходи.
— Привет, — делаю уверенный шаг.
В квартире полумрак. Двери закрыты во все комнаты, кроме одной, из которой виднеются детские игрушки. Сердце тут же сжимается, когда понимаю, что там мой сын. И в этот же момент выглядывает его головка.
— Владик, помнишь дядю Диму? — тут же начинает Соня. — Он будет заниматься с тобой компьютером.
Я смотрю на мальчика и не дышу. Мой сын. Наш с Соней сын.
