— Соня, слышишь? Владик предварительно одобрил.
Игорь сияет. Из груди вырывается тяжелой вздох. Муж уже все решил, Владику вроде как понравилось, но даже если в итоге и не понравится, Игорь вряд ли изменит свое мнение. Ну а я закатывать скандалы и ставить жесткие ультиматумы не буду. Придется переезжать.
Всю последующую неделю я пытаюсь найти в Иерусалиме хоть какие-то плюсы, но не получается. Святые места и достопримечательности мне нравятся, но из-за обилия туристов постоянно приходится толкаться или стоять в огромных очередях.
Все это на изнывающей жаре.
— Здесь всегда так? — зло спрашиваю, стоя в очередной толпе.
— Ну если мы будем тут жить на постоянной основе, вряд ли будем ходить по туристическим местам.
— Почему? В Москве же мы ходим.
— Да ладно? Когда мы последний раз были на Красной площади?
Не помню. Ладно, ремарка Игоря о том, что, став местными жителями, мы не будем ходить по туристическим местам, принимается.
На третий день у меня уже начинает идти кругом голова от обилия религий.
В Иерусалиме ведь не только иудеи живут. С вечера пятницы по вечер субботы город вымирает из-за Шаббата. Работают только заведения других национальностей и религий: арабские, китайские, русские. Приходится изрядно постараться, чтобы днем в субботу найти, где пообедать.
Но дискомфорт создают не только закрытые заведения. Транспорт в субботу тоже не работает! Трамваи не ходят, автобусов нет!
— Вот как тут жить, если по субботам все закрыто? — рявкаю, когда мы наконец-то находим какой-то китайский ресторан, где можно пообедать.
— А в Европе все закрыто по воскресеньям, но тебя это никогда не смущало в наших поездках, — парирует муж.
— Транспорт в Европе по воскресеньям работает.
— Нужно заранее планировать дела по субботам.
Ни один мой аргумент против Иерусалима не пронимает Игоря.
Много туристов? Ну так мы же не в туристическом месте жить будем, снимем квартиру в жилом районе.
По субботам Шаббат и все закрыто? Ну так заранее планируй дела.
Много туристов? Ну так в Москве их тоже много.
Слишком жарко? Ну так это же хорошо, надоела московская зима по девять месяцев.
У Игоря на любое мое замечание есть ответ. Ну и самое главное — у Владика на все глаза разбегаются. На пекле ребенку не жарко, в очередях не тяжело. И даже когда мы с мужем уже валимся с ног, сын все равно хочет еще куда-нибудь пойти и что-нибудь интересное посмотреть.
За два дня до возвращения домой муж едет в клинику, которая пригласила его на работу.
