Но как только Козеро взглянул на меня, его улыбка исчезла. Он нахмурился.
– Мельник, вы хорошо себя чувствуете?
– Да, сэр.
– А вот выглядите как-то неважно, и лицо бледновато.
– Наверное, мало отдохнула в увольнительной: оформляла практику, – быстро сориентировалась я, придумав причину своего состояния.
– Да? Ремарк мог бы вас и пожалеть. Но раз вы считаете, что все в порядке… тогда пора за работу. В пятнадцатом боксе находится пациентка. Она у нас по блату, поэтому осмотрите ее в первую очередь.
Там беременность на ранних сроках, но протекает она как-то странно.
Закончив работу с терминалом, Козеро повел меня вперед по коридору.
– Я знаю, что еще до поступления в Академию вы увлекались не только хирургией, но немного и акушерством, – начал шаутбенахт.
– Да, сэр. Мне очень нравится, что именно в этом направлении наша медицина практически не отличается от народной.
– Еще я знаю, что вы ассистировали при принятии родов в больнице и в социальном проекте все подобные случаи вели сами.
Среди высококвалифицированных врачей у вас у единственной имеется подобный опыт. Это деликатный вопрос и особенный пациент, поэтому помягче, – продолжил Козеро.
– Конечно, сэр. Но не лучше бы ей обратиться к специалисту узкого профиля данного направления?
Странное задание…
– Пациенту очень важна конфиденциальность – это ей нужно в связи с личными обстоятельствами. А все военные специалисты сейчас на новых планетах. Как всегда при начале колонизации.
Там рождаемость зависит от жизненных условий планеты и часто преподносит сюрпризы. Их оттуда не отзовут даже ради нее. Да и времени маловато. Она сейчас в фазе риска.
– Хорошо, сэр, если вы считаете, что я справлюсь…
– Считаю. Как закончите, зайдите ко мне.
– Как скажете, сэр.
Глубоко вздохнув, я подошла к боксу и подумала, что работа снова становится моей отдушиной. Открыв дверь, я вошла и… застыла. На кушетке спиной ко мне сидела пассия Ремарка. Беременная пассия!
Сначала у меня был шок, и только потом пришла боль.
Как же я буду ее лечить?!
В этот момент женщина повернулась ко мне лицом, и я была вынуждена признать, что она очень красива. Черноволосая, с правильными чертами и ярко-синими глазами. Вспомнив о врачебной этике, я подавила малодушный порыв сбежать и, нацепив вежливую маску на лицо, подошла к пациентке.
Взяв карту с ее данными, я представилась:
– Добрый день. Я Феоктиста Мельник, ваш лечащий врач.
