Мужчина моей мечты

Обе подруги не сомневались, что леди Офелия просто ждет, когда Меган исполнится восемнадцать. Однако после дня рождения Мегги прошло уже два месяца, а сквайр Пенуорти и его дочь так никакого приглашения и не получили.

В ответ на вопрос подруги Тиффани сжала ей руку, моля Бога, чтобы Меган не слишком вознеслась в своих надеждах — ведь тогда разочарование будет еще горше. Но за последний месяц им впервые представилась возможность личной встречи с леди Офелией. Может быть, единственное, что в данный момент требовалось, — это всего лишь напомнить графине, что Меган Пенуорти — ее соседка…

— Значит, в следующее воскресенье, мистер Уотли, — говорила леди Офелия в тот момент, когда подруги присоединились к группе, стоявшей у входа в церковь.

 — Будет совсем небольшой вечер, человек сорок. И обязательно приезжайте вместе со своей милой невестой.

Графиня приятно улыбнулась Тиффани, на миг задержала взгляд на Меган, повернулась и вошла в церковь.

Это было открытое оскорбление, оскорбление преднамеренное.

Семнадцатилетняя Алиса Тэккерей, младшая дочь графини, даже хихикнула, перед тем как последовать за матерью. Ее сестры — Агнес и Энн — просто посмотрели на Меган, не скрывая презрения и злорадства.

На какую-то минуту Тиффани пришла в ужас, а потом ее охватил гнев. Да как они смели?! Все знают, что они с Меган самые близкие подруги, что Меган повсюду сопровождает Тиффани и Тайлера, так как является их компаньонкой. Похоже, Тэккерей для большего эффекта заранее спланировали этот акт неуважения, чтобы таким коварным путем дать Меган понять, что она никогда не получит желаемого ею приглашения.

Тиффани подозревала, что знает тому причину: Мегги слишком хороша собой, чтоб быть принятой в доме, где есть три дочери на выданье, куда менее привлекательные, чем она.

Тайлер тихонько кашлянул, как бы напоминая девушкам о том, что они вместе с ним стоят у церкви. Тиффани наконец решилась взглянуть на Меган и увидела, как сильно подействовало на подругу оскорбительное пренебрежение семейства Тэккерей, даже сильнее, чем она предполагала: лицо Меган стало таким же белым, как ленты на ее шляпке, а большие синие глаза наполнились слезами, которые Меган изо всех сил старалась сдержать.

От жалости у Тиффани перехватило дыхание, и она разозлилась еще больше, поскольку ничем, кроме сочувствия, помочь не могла.

Сжав руку Тиффани, Меган устремила на подругу взгляд, полный недоумения и боли.

— За что? — еле слышно прошептала она.