Так сотканная арахнами одежда реагировала на перепады моего настроения, которое постоянно менялось от мечтательно-приподнятого до тревожно-взволнованного. Петька догнал меня на полпути, стиснул холодные пальцы. Ладонь его чуть подрагивала, он тоже нервничал.
Темный зев входа, деревянный пол, ажурная сеть ветвей на стенах и потолке, черное дерево, с одним-единственным живым листом — все тот же зал, но на этот раз не маленький, а огромный и переполненный нелюдьми.
Вон Мррагарр, серьезный, даже суровый.
Возле него тихо шелестящий листьями Шеххисс, задумчивый Ателлиль, улыбающаяся Риалейвэль. Все четверо стражей рядом. Вот Танали, Джаннаг со своей неизменной Баброй, смотрящий Дургах, потрясенно округлившая рот Эмина и еще куча всякого народа. Знакомые, смутно знакомые и совсем незнакомые лица — напряженные, радостные, недоверчивые — сливались в один пестрый размытый фон, а мы все шли и шли, и приглушенный шепот смолкал за нашими спинами.
Когда мы приблизились к постаменту, возле которого зависли в воздухе Йор и Эари, в храме уже царила оглушительная, благоговейная тишина.
— Что ж, смертные, — начал фрейр. — Вы никогда не были мужем и женой. Ваши души скрепляют совсем другие узы, но тела соединены венчальным обрядом, и эту связь необходимо уничтожить. Формальности, сами понимаете.
Он шутливо развел руками, а потом снова заговорил уже другим тоном — отстраненным, официальным:
— Хочешь ли ты, хэллени, расторгнуть брак с Петром Климовым, носящим на Риосе имя Пиотрея Ольеса? По своей ли воле делаешь это?
— Да.
Брата ни о чем не спрашивали. Видимо, супруг «избранницы Танбора» в данном случае не имел права голоса, учитывалось мнение и желание только самой одаренной. Йор просто протянул руку в нашу сторону и сделал странный замысловатый жест, словно рвал какую-то нить.
— Готова ли ты представить миру нового избранника, хэллени? — прозвучал следующий вопрос.
— Д-да…
На этот раз ответила с запинкой. Герцога я до сих пор так и не увидела, как ни старалась. Йор кивнул кому-то за моей спиной, и в тишине зала раздались твердые, уверенные шаги.
Ближе…
Еще ближе…
Горячие ладони сжали талию, поддерживая, даря восхитительное чувство уверенности.
Саллер…
Петька отошел в сторону, уступая место герцогу.
Секунда…
Другая…
— Пора… — произнёс фрейр.
