«— Ну вот, наконец ты призналась в этом.
— Но объясни, почему это так?
— Возможно, ты в конце концов влюбилась в него.
— Не говори глупостей. Ну что в нем можно полюбить?
— А то, что он заботится о тебе? — Этого еще недостаточно.
— А его поцелуи? Ты же не можешь отрицать, что обожаешь их?
— Что он, единственный такой на всю округу?
— А как насчет его несравненного очарования?
— Какое очарование? Нет у него никакого очарования. Ворчун, вот и все.
— Так-то оно так. Но он несчастлив.
У него нет женщины, которая могла бы смягчить его нрав.
— Я не собираюсь его переделывать.
— А как насчет чувств, которые он у тебя вызывает?
— Как? Об этом я знаю не больше тебя. Забудь эти глупости! Не хватало еще влюбиться в этого человека. Ты что думаешь, что я всю оставшуюся жизнь намерена провести в конюшне?
— С таким человеком можно разделить его судьбу. Не думаю, что ты стала бы сильно возражать против этого. А что ты любишь больше, чем лошадей? Исключая, конечно, его поцелуи?"
"— Но это не значит, что я намерена жить среди лошадей.
Господи, да ты понимаешь, что ты предлагаешь мне?
— Да».
Меган с виноватым видом огляделась по сторонам, но человек, сопровождавший ее домой, не обращал на нее никакого внимания и, во всяком случае, никак не мог бы понять, что она ведет спор с самой собой.
«— Не знаю, что я с тобой все разговариваю. Тифани наставила меня на истинный путь, а ты тянешь назад, на опасный. Только из-за того, что я согласилась, чтобы Девлин научил меня целоваться…
— Он тебе этого не предлагал.
— Но он… Но это не означает, что я собираюсь выйти за него замуж. Я не буду даже думать об этом. Я собираюсь выйти замуж, по меньшей мере, за графа!
— Спускаемся с небес на землю, не так ли?
— Нет, просто я пытаюсь взглянуть на вещи немного более реально. Есть не так много герцогов, из которых можно выбирать, особенно молодых герцогов.
— А грандиозный дом, превосходящий роскошью салон леди Офелии — он все еще так важен?
— Да!
— Упрямица.
Заруби себе на носу!
— Выходит, теперь ты тоже с ним согласна? Наверное, ты к тому же считаешь меня испорченной.
— Не так ли?»
Меган не произнесла ни слова, внутри у нее все кипело, и по мере приближения к дому девушка раздражалась все сильнее и сильнее. Подъехав к поместью, она поблагодарила сопровождающего и отослала его, а потом спрыгнула на землю и повела сэра Эмброза в конюшню.
