И капризница действительно выбрала для этого удачную цель.
— Помнится, ты говорила, что все дело в моих конюшнях, — относительно спокойно сказал герцог.
— Это тоже, — с улыбкой ответила Меган и медленно пошла прочь, совершенно не догадываясь о том, в каком мрачном настроении оставляет его.
Девлин не пытался следовать за женой, будучи слишком сердитым, чтобы ручаться за свои слова. Примерно час он просидел у озера, переживая свое несчастье. И ни разу за все это время ему не пришла в голову мысль, что Меган просто дразнит его.
Для герцога это была слишком больная тема, поэтому он полагал, что девушка это понимает.
— Ходят слухи, что сразу же по прибытии ты повел себя не лучшим образом, — без всякой преамбулы сказала герцогиня Ротстон, едва она ступила в кабинет Девлина. — Жаль, что меня там не было, но, Боже, Девлин, что ты с собой сотворил? Ты выглядишь просто неприлично. И пусть слуга немедленно пострижет тебя.
Девлин откинулся на спинку кресла и стал накручивать на палец один из своих длинных локонов.
— Вам не нравится? Такое случается, когда человек живет в деревне. Хотите знать, что еще может случиться?
— У меня такое впечатление, что мое присутствие раздражает тебя, мой мальчик?
— Весьма вероятно.
— Хорошо. Поступим по-твоему. — И герцогиня села в стороне от него, чтобы видны были только ее контуры. — Скажи, что же еще может случиться?
— Можно сойти с ума.
— Это не приходило мне в голову, но, вероятно, это возможно.
Что еще?
— Можно жениться.
— Так Джон не шутил? Ты и правда привез в дом невесту?
— Я называю ее по-всякому, но невеста — вряд ли одно из ее прозвищ.
Люсинда Сент-Джеймс сдвинула серебристые брови:
— Уже неприятности?
Девлин фыркнул.
— Уже? Ничего кроме.
— Пожалуй, я составлю собственное мнение, поскольку ты в таком раздражении. Где же она?
Девлин пожал плечами.
— Чтобы не гадать, конюшня — самое верное."
"Теперь герцогиня вскинула брови, поскольку уже перевалило за десять часов вечера.
— Так поздно?
— Вопрос о времени дня и ночи не существует, когда Меган желает быть в конюшне.
Герцогиня собиралась что-то сказать, но затем передумала:
— Этого я касаться не буду.
— Надеюсь, — сухо ответил Девлин.
— Хорошо, ты уже слишком долго меня томишь. Кто она?
— Дочь сквайра Пенуорзи.
— Черт возьми, — сказала герцогиня с такой улыбкой, что Девлин догадался о том, что уже подозревал.
— Этого следовало ожидать.
