Или хотите попробовать?
Поскольку между ними был пруд, а под ней жеребец, Меган подняла голову, чтобы кивнуть. Она не хотела звать его именно по этому поводу.
— Вы стараетесь быть неприятным, мистер Джеффриз, или у вас это происходит естественно?
— Единственное, что я стараюсь сделать, дитя мое, это держать свои руки подальше от вас[2]."
"Меган подумала, что он имеет в виду именно их разговор о том, чтобы отшлепать ее, пока не взглянула ему в глаза. И поняла, что Девлин снова желает ее. Осознание этого должно было оскорбить Меган, но она не оскорбилась.
Вместо этого ее охватило теплое, трепетное чувство.
— Возможно, вам следует поплавать, — предложила она, вспоминая вчерашнее утро и причины, по которым молодой человек прибыл сюда.
— Может быть и следует. — После долгой паузы он спросил: — Будете смотреть?
— А вы меня поцелуете снова, если буду?
— Если вы проявите такое бесстыдство, я сделаю больше, чем поцелую, — пообещал он.
Меган вторглась в незнакомую ей область отношений. Здравый смысл подсказывал ей отступить.
Однако, когда молодой человек начал медленно снимать через голову рубашку, она не отрывала от него глаз. Действительно он разденется догола прямо перед ней? Скандальное нарушение всех правил приличия. Да Девлин сам был скандальным, но… красивым, как произведение искусства. Будь он статуей, девушка с обожанием смотрела бы на него долгими часами. Но он был настоящим и наглым, и Меган инстинктивно понимала, что играет с огнем каждый раз, когда находится рядом.
Быть может, Меган сошла с ума? Но ей нравилось пробовать на нем свои силы, свои чары, играть с ним, кокетничать с ним.
Каждый джентльмен знает, где предел. Девлин Джеффриз, однако, не знал. Это было так нехорошо, так неприлично, некрасиво, что ее любопытство не могло быть удовлетворено так легко. Девушка хотела смотреть на Девлина, и она смотрела. Если честно, то Меган хотела узнать, что же молодой человек понимает под «больше, чем поцелуй». Но она не посмела. Поэтому, когда Девлин начал расстегивать брюки, она быстро отвернулась.
— Трусиха, — послышался тихий шепот.
— Нет, благоразумная, — возразила девушка, — и во имя благопристойности, наденьте брюки, мистер Джеффриз.
— Я только принял ваше предложение, мисс Благоразумие.
— Я не имела в виду, что вы искупаетесь голым.
— Я не переношу мокрой одежды, — парировал он.
— Тогда не купайтесь.
— Предложишь что-нибудь другое, Меган? После того, как ты только что снова ласкала меня взглядом, следует ожидать чего-нибудь еще.
