— И многих повидали?
После такого бесстрастного ответа Меган умолкла, а потом спросила с любопытством:
— А для вас существует обида, которую вы не в силах стерпеть?
— С чего это мне кто-то будет наносить обиды? — спокойно спросил он. — Вы много болтаете лишнего и рисуетесь. А вот в моих руках становитесь шелковой.
Что он себе позволяет!
— Все! Вы уволены! Вы больше здесь не работаете! Считайте, что вас нет!
В ответ на последнюю фразу Девлин вздернул брови и спросил:
— Вам этого так хочется?
— Вы знаете, что я имею в виду.
— Конечно. А отцу скажете вы или я?
Меган немного подумала и поняла, что этот негодяй выиграл — опять. Она вовсе не собиралась говорить отцу или кому-то еще об этой унизительной экзекуции.
— Почему вы не хотите уйти из моей жизни? — жалобно спросила она.
— Что? Отступать перед огнем? Дезертировать с войны? И не подумаю, дорогая девочка.
В ответ на это ей захотелось кинуть в него чем-нибудь тяжелым, и Меган стала шарить глазами по сторонам. Поняв ее намерение, конюх встал и положил руки ей на плечи.
— Этим утром я вас как следует предупредил, чтобы вы так глупо не рисковали собой, — сказал он серьезным тоном. — Чтобы предупреждение было более доходчивым, я задал вам эту трепку. Но, пожалуй, вам нужно еще и показать, что случается с глупыми особами, которые болтаются неизвестно где в позднее время.
Сейчас его намерения были ясны. Меган отпрянула, испугавшись, что сейчас Девлин надумает целовать ее. Но это не принесло ей успеха, потому что парень уже держал ее.
Он притянул Меган к себе, наклонил голову и прикоснулся губами к ее бесчувственным и неподвижным губам прежде, чем девушка успела сказать хоть слово и остановить насильника.
Девлин думал, что дает ей урок, но не ведал того, что это был урок, который она хотела получить. Как только Меган поняла, что молодой человек действует в соответствии с ее желаниями, она расслабилась, и ей сразу стало так хорошо, что голова пошла кругом. Девлин прижался чуть сильней, и девушка испытала от этого еще большее удовольствие.
И все пошло по нарастающей — биение сердца, дыхание, ощущение чуда. Это было так сладко — прикасаться к Девлину! Кто бы мог подумать? Но урок еще не закончился, и Меган не хотелось, чтобы он когда-нибудь прекращался.
Девушка подумала, что урок закончился, когда конюх перестал целовать ее губы, но потом его поцелуи перешли на щеку, приблизились к уху. С этим пришло новое ощущение восторга, и мурашки поползли по спине.
