Мужчина не моей мечты (СИ)

Но герцог в ответ лишь загадочно усмехнулся. Шагнул наперерез, заставив остановиться. Заглянул в глаза — внимательно, пристально, словно пытаясь увидеть что-то очень важное.

— Я не враг вам, Мири. Многим в этом мире — да, Трэю — возможно, но не вам. Как бы ни настаивал его величество, каковы бы ни были мои собственные желания, я никогда не сделаю ничего против вашей воли. Не стану заставлять, принуждать силой.

Поймал мои подрагивающие пальцы, поднес к горячим губам.

Прикосновение обожгло, растекаясь по телу острым жгучим желанием.

Охнула, невольно отпрянув в сторону, но не успела выдернуть ладонь — Саллер сам отпустил меня.

— Простите, миледи.

Слова колючими льдинками разлетелись в воздухе, инеем осыпались на землю, и мне освободили дорогу.

«Танбор простит, — вертелось на языке, — на пару с этим вашим Птархом».

Но я не стала ни язвить, ни иронизировать. Вообще что-либо говорить сейчас не имело смысла. Зачем? Саллер впервые за все время знакомства разговаривал спокойно. Не шантажировал, не угрожал и даже обещал наступить на горло собственной песне и лишний раз не навязываться.

К чему нарушать хрупкое, ненадежное перемирие? Желающие и без меня найдутся. Тот же дядюшка-его-величество наверняка ведь не успокоится. Станет зудеть, настаивать, подталкивать. А то что герцог неправильно расценил мою реакцию… Не объяснять же ему, в самом деле, как он ошибся?

«Ах, милорд, не обращайте внимания на мое не совсем адекватное поведение. Просто, стоит вам лишь дотронуться, и я уже готова растечься сладкой лужицей у ваших стройных ног.

Короче, Ваня, я вся ваша».

А если серьезно, это черт знает что такое. Книга по приворотам и привязкам сегодня точно первая на очереди. И пусть Трэй только попробует не согласиться… Все равно будем читать именно ее.

Настроение испортилось окончательно. Я и до этого не очень-то рвалась коротать день в такой сомнительной компании, а теперь желание плестись в дальний конец парка и там восторгаться красотами природы совершенно пропало. Мой спутник полностью разделял эти чувства.

"

"Плотно сжатые губы, хмурое лицо, ледяной взгляд… Мэссер не изменился, даже когда к нам вновь присоединились герцогиня с воспитанницей и Ольес с немного успокоившейся матушкой. Мило розовея и смущаясь, чирикала Истель — надувала губы, трогательно заглядывала мэссеру в глаза. О чем-то спрашивала необычно сосредоточенная Дальмира. Даже Аниаш пару раз обращалась к племяннику с просьбой. Все получали короткие однозначные ответы.