Мужчина не моей мечты (СИ)

Они жадно рванулись к чужим магам, заметались вокруг них в бешеной пляске, вгрызаясь в щиты и тесня противников назад.

Пока герцогу удавалось отражать атаки и даже нападать, но у онижцев явно имелся какой-то план. Они пытались окружить Рэма, а он скользил с места на место, не позволяя им этого сделать.

Один из стихийников направил к Саллеру изумрудно-зеленую сферу, и та, на лету разворачиваясь в тонкую, поблескивающую капельками воды сеть, моментально облепила щит мэссера. В то же мгновение Лейфри, видимо, давая своим союзникам возможность перестроиться, ринулся к герцогу, швыряя в него пару похожих на пики ледяных игл.

Саллер перехватил одну из игл, коротко размахнулся и с силой бросил ее назад, в виконта. Тот зашатался, недоуменно рассматривая расплывающееся на груди кровавое пятно, и осел на траву, а герцог снова развернулся к онижцам. Но было уже поздно.

Противники все-таки окружили Рэма, образовав какую-то странную фигуру. От одного из стихийников побежал по земле безобидный на первый взгляд ручеек.

Коснулся ног стоящего напротив и взвился мощным смерчем. Вихрь завыл и, вращаясь, посверкивая молниями, понесся к третьему магу. Оттуда, втянув в себя камни и огромные комья почвы, поспешил к четвертому, чтобы от него хлынуть кипящей лавой.

Вода, воздух, земля, огонь. Кто же пятый?

Едва расплавленный поток достиг последнего мага, он вытянул ладони, точно впитывая в себя беснующиеся стихии, а потом так же резко опустил руки. И стена огня, воды, камней, молний устремилась вверх и вперед, соединяя вершины нарисованной на земле звезды.

Все произошло невероятно быстро. Несколько секунд, несколько ударов сердца — и контур замкнулся, отрезая Саллера от внешнего мира. Закрывая его внутри звезды под натиском озверевших стихий.

Я стиснула кулаки, до рези в глазах всматриваясь в смутно видневшуюся фигуру. Герцог не сдавался. Боролся, прикрываясь истончившимся щитом, все свое внимание направив на то, чтобы достать пятого мага. Того, кто возглавлял звезду и объединял ее мощь.

Они застыли друг против друга — онижец, во взгляде которого уже плескалось торжество близкой победы, и Саллер, едва стоявший на ногах, раскачивающийся, как пьяный, но упрямо, из последних сил подпитывающий свой щит.

Пока еще мэссер держался. Пока… Но надолго ли его хватит? Вон и твари его уже исчезли.

В груди появилось странное ощущение — там будто застрял тугой горячий комок, сдавливая сердце, мешая дышать, обжигая и раня острыми гранями.