Конечно, есть риск попасться на лжи, поэтому страхуйтесь, проверяйте ее время от времени, но ни в коем случае не тратьте на нее столько сил. Это не она.
– Вы уверены? – с тревогой спросил Доценко.
– Нет. Или да. Не знаю, Миша, у меня нет твердого ответа. Но в любом случае нужно проделать массу работы, на которую просто не останется времени, если мы зависнем на Лазаревой. Надо вплотную заняться Нурбагандовым и постараться увязать всю полученную информацию с делом об убийстве Вавилова из банка «Русская тройка».
Вот вам телефон сотрудника из регионального управления, который занимается Вавиловым, я с ним уже договорилась, он поделится с вами тем, что успел накопать. Поезжайте и перестаньте переживать из-за Мельника.
Оставшись одна, Настя почувствовала себя неуютно. За многие годы работы на Петровке она привыкла ощущать себя здесь как дома, а сегодня ей захотелось уйти, чтобы лишний раз не попадаться на глаза Барину. Никогда Виктор Алексеевич Гордеев не был для нее «источником повышенной опасности», никогда она не избегала его и не боялась.
А тут… Нет, пожалуй, пришедшая во время совещания мысль была все-таки правильной, надо уходить. И чем скорее, тем лучше.
Текущих дел было по обыкновению много, но Настя трусливо выбрала те из них, которые требовали выезда хоть куда-нибудь, главное – за пределы здания на Петровке. Она успела пройти метров двести в сторону метро, когда рядом затормозил давно не мытый автомобильчик Короткова.
– Куда направляешься?
– Куда глаза глядят, – в сердцах не сдержалась Настя.
– Сбегаешь от Барина?
– Угу. А ты сам куда?
– Садись, расскажу.
Настя забралась в салон, машина тронулась.
– Аська, я знаю, что мои эмоции вызывают у тебя справедливое негодование, поэтому морально готов к тому, что ты начнешь меня ругать, – начал Юрий.
– Хорошее начало, – кивнула она. – Главное – самокритичное. Продолжай, солнце мое.
– Я не выношу, когда меня унижают, тем более публично. Но еще больше не выношу, когда унижают моих друзей. В данном случае – тебя и Мишаню.
– Понятно, – вздохнула Настя, – ты горишь жаждой мщения. И на чем ты собрался подцепить нашего Барина? На бабе или коллективной пьянке?
– Еще не знаю, надо посмотреть.
Она повернулась к Короткову и внимательно посмотрела на его сосредоточенное лицо.
– Ты шутишь, я надеюсь?
– Ни в одном глазу. Я серьезен, как жених перед венчанием.
– Да перестань, Юрик. Ну что за бред, ей-богу, сводить счеты с начальником, да еще таким дурацким способом.
