Я же мужчина в конце концов, и я обязан обеспечить тебе тот уровень жизни, которого ты достойна.
Бог мой, это были те слова, которые снились ей всю жизнь. Она не рядовая. Она – необыкновенная. И он хочет о ней заботиться, холить ее, лелеять и создавать всяческие удобства. Он не юнец какой-нибудь прыщавый, не молодой парень, держащийся за мамину юбку, а зрелый самостоятельный мужчина, умный, опытный, надежный. Вот он, ее принц! Это та награда, которую судьба послала ей наконец после всех обид, разочарований и слез.
В ее жизни должен был встретиться легкомысленный и ветреный красавец Михаил, чтобы она смогла оценить и понять такого мужчину, как Евгений. И ей вовсе не казалось странным, что он сделал ей предложение, едва познакомившись. Так и должно было случиться: увидел, влюбился, женился. Только так и бывает в настоящих сказках, только так и грезилось.
Они вернулись домой, в снимаемую Анной квартиру, где Евгений предоставил ей возможность снова продемонстрировать кулинарное искусство, дабы она могла подтвердить: он не ошибся в своем выборе, она будет ему хорошей женой.
Парыгина беспокоила Лолита, потому что он собирался и сегодня ночевать здесь. Вчера он позвонил ей, правда, уже поздно вечером, почти ночью, и предупредил, что не придет, и голос у родственницы при этом известии сделался более чем недовольным. Разумеется, никаких упреков вслух она не произнесла, но за ее холодным тоном явственно слышалось: «Конечно, опять бабы, а о моих проблемах ты совсем забыл».
Черт ее знает, эту Лолиту, вобьет себе в голову какую-нибудь чушь да и наделает глупостей, например, выйдет из дома и отправится туда, где ее давно уже поджидают кредиторы. И ведь знает же, что так может случиться, а все равно пойдет ему, Парыгину, назло, чтобы знал, что нельзя оставлять ее одну, да еще и обижать. Про таких людей народная мудрость давно уже присловье сложила: выколю себе глаз, пусть у моей ненавистной тещи будет слепой зять.
Надо бы позвонить Лолите, успокоить.
Евгений оглянулся, убедился, что Анна поглощена обработкой грибов, и пошел к телефону, стоящему в комнате. Разумеется, Лола закатила ему истерику, но он чего-то подобного и ожидал."
"– Ты думаешь, что спрятал нас, оторвал от всего мира, и на этом все? – орала она в трубку. – И мы теперь что, умереть должны в заточении? Ты думаешь вообще как-нибудь решать проблему с деньгами или нет?
– Я ее решаю, – стараясь не взорваться, отвечал Парыгин.
