Если все пройдет нормально и Петр Михайлович не начнет чудить, то, может быть, и вправду жениться? Аня, конечно, не из тех, кто кушает любую туфту, не задавая вопросов, она весьма неглупая особа, но прелесть ее в том, что, задавая вопросы и получая на них ответы, она не шарахается в ужасе, не кричит: «Подонок! Не смей ко мне приближаться!», а принимает все как данность, будто бы иначе и быть не должно. Она сразу объединяется со своим мужчиной в единую команду, готовая играть до конца. Спортсменка, как ни крути, у нее и психология «игровика», а не единоборца.
Это он, Парыгин, всю жизнь был волком-одиночкой, сам за себя один на один с противником, а Аня другая, ей нужно чувство локтя, ощущение, что она не одинока, что рядом есть поддержка и помощь, тогда она горы свернет и ничего бояться не будет. Такая жена ему и нужна.
– Все, Анюта, время истекло, – заметил он, глядя на часы, – пора звонить.
– Уже? – Она испуганно вскинула голову, судорожно зажав в руке «щелкунчик».
– Пора, пора. Надо быть точными, если мы хотим заставить уважать себя и видеть в нас деловых людей.
Разговор прошел даже легче, чем рассчитывал Парыгин. Петр Михайлович был краток и дурака не валял. Едва услышав фамилию Зотов, он сразу спросил:
– Что вы хотите за это?
– Сорок тысяч, – ответила Анна.
– Это много. Я должен подумать. Кроме того, мне нужны гарантии вашей добросовестности. И я хочу знать, какой объем знаний оценивается указанной вами суммой.
– Вы хотите услышать это по телефону?
– Разумеется, нет.
Полагаю, вы и сами не сторонница поспешных решений. Дайте мне время на обдумывание ситуации.
– Сколько?
– Два дня. Позвоните мне через два дня, и мы договоримся о встрече.
Связь была хорошей, Парыгин слушал весь разговор, прижав ухо к трубке, и это ему совсем не понравилось. Еще не хватало встречаться с человеком, из которого собираешься вытрясти деньги! Не по правилам. Шантажист вообще не должен встречаться со своей жертвой, это элементарное правило безопасности, а уж тем более встречаться не для передачи денег, а для предварительных переговоров.
Стало быть, Петр Михайлович, платить вы не намерены, это очевидно. Вы хотите выследить чересчур осведомленную дамочку и разделаться с ней. Ладно, господин хороший, никуда вы не денетесь, все равно заплатите. Как говорится, не умеешь – научим, не хочешь – заставим.
Он быстро тронул Анну за руку и отрицательно помотал головой. Она поняла.
– Нет, Петр Михайлович, об этом не может быть и речи.
