Мужские откровения, или Как я нашла дневник своего мужа

Жена еще молодая женщина, а выглядит как бабка с рынка. Надо запретить ей приходить сюда, чтобы меня не позорить.

— А почему ты мне не сказал, что у тебя новая секретарша?

— Потому что я уже давно не обсуждаю с тобой свои рабочие проблемы.

— Но она выглядит как проститутка. Короткая юбка, туфли на высоких каблуках. Она откровенно тебя соблазняет.

— Аля, чего меня соблазнять?! Ты же прекрасно знаешь — я импотент. Даже если бы она пришла без юбки, у меня на нее бы не встал.

— Я считаю, что секретарша должен быть в деловом костюме, водолазке под горло, очках и со строгой прической, — задыхаясь от ревности, выдала жена.

— Мне не важно, что ты там считаешь. Это моя фирма, и я тут начальник. Ты лучше дочери советуй, как нужно одеваться в школу.

— Жаль, что ты никогда не прислушиваешься к моему мнению.

— Аля, ты какого хрена вообще сюда приперлась? Ты что меня позоришь? Я сам решаю, как должна выглядеть моя секретарша. Не хрен здесь командовать. Иди дома командуй кастрюлями и сковородками.

— Ты меня стыдишься?

— Дело не в этом. Я же сто раз просил тебя никогда не приезжать ко мне на работу, — уклонился я от ответа, хотя в глубине души меня просто подмывало сказать ей о том, что такую «корову» можно лицезреть только в пределах своей квартиры и противопоказано выводить в люди, чтобы народ не распугать.

С трудом сдерживая гнев, я с сожалением отметил про себя, как скудно моя жена смотрится в интерьере моего офиса. Сама превратила себя в бесформенное безликое существо.

Женился-то я на яркой, стройной и интересной девушке, а получил такую вот тупорылую животину, которая от собственных комплексов просто захлебывается ревностью. Иногда мне становится ее жалко, и, чтобы она закрывала глаза на факты моих многочисленных измен, я рассказываю ей, что мне не нравятся «тощие селедки». Как мне нравятся складочки у нее на животе… Иногда хочется в них зарыться… При этом я сразу добавляю, что она совершенно не толстая.

Чтобы окончательно не ронять ее авторитет, когда я с ней, я никогда не глазею на других женщин.

Целовать в губы свою благоверную мне неприятно, но я всегда целую ее в лоб. Пусть не чувствует себя обделенной. Не могу же я объяснить жене, что рядом с ней скука смертная и при виде ее у меня начинается реальная прогрессирующая импотенция.

Моя любимая роль, которую я играю с удовольствием, — это роль импотента. Поэтому при супруге я всегда делаю вид, что других женщин просто не существует.