И девица со вздохом – как же ее достали неурочные гости! – подала ей тапки. На сей раз – ядовито-голубые и со стразами.
– Идемте, – буркнула она.
Ее походка окончательно убедила Игната, что горничная играет, – слишком уж старческая, шаркающая.
А квартира Ленке бы понравилась. Она уже который месяц зудела, уговаривая Игната затеять ремонт, ну а лучше и вовсе сменить квартиру на дом. У всех приличных людей дом имеется, а он, как бедный, в квартире живет! И ладно бы в приличной, вроде той, что у его отца… или нынешней.
Студия вроде, так это называется, когда все без дверей и из каждой комнаты другая просматривается. Ванна – и та на виду, огорожена китайской ширмой.
Диван стоял напротив ванны, а с другой стороны – десяток разномастных пуфов, словно стадо овец, пасущееся на зеленом коврике. И тут же – белый рояль, за которым поднималась стальная труба, чье назначение осталось для Игната загадкой.
– Зачем мы здесь? – шепотом поинтересовалась Ксюша. Вот уж кто чувствовал себя еще менее уверенно, нежели Игнат.
– Садись, – он сел сам, и белоснежный диван опасно прогнулся под ним. – Сейчас разговаривать будем.
Разбудить Виолетту горничной удалось не сразу.
Она появилась, отчаянно зевая, потряхивая головой, и ее спутанные белые волосы рассыпались по плечикам. Нимфа похмельная! А в том, что вечер накануне удался, сомнений не оставалось. Виолетта умылась и зубы почистила, избавляясь от запаха перегара, но покрасневшие глаза, припухлость век и само выражение лица – обреченное, раздраженное – не оставляли сомнений: накануне нимфа пила.
– Чего надо? – спросила она, плюхаясь в кресло.
На нимфе был шелковый халатик, державшийся на двух пуговках и пояске, и кружевное белье, которое она не давала себе труда скрывать.
Хороша.
Молода. Красива. Состоятельна. И прекрасно знает о своих достоинствах, полагая, что больше от нее в этой жизни ничего не требуется. А на сестрицу похожа разве что отдаленно, словно та – дурная копия самой Виолетты.
– Побеседовать, – Игнат заставил себя не пялиться на круглые коленки.
Впрочем, выбор-то не велик – халатика явно не хватало, чтобы скрыть все детали идеального тела Виолетты.
– Ну?
Горничная вкатила столик, на котором возвышался хромированный кофейник и три чашки.
– Будешь? – все еще недружелюбно осведомилась Виолетта, отбрасывая волосы за спину. – Кофе отпадный. Мне с Индии везут.
– Буду.
Кофе был неплох, но начала Виолетта с минералки. Пила из горлышка, а между глотками прикладывала холодную бутылку к вискам.
