Музыкальный приворот

И голос у него, против моих ожиданий, оказался интересным и, можно сказать, красивым — чистым, бархатным, низковатым баритоном. Не таким, как на концерте, — там голос солиста «На краю» искажали микрофон, громкая музыка и общая акустика. Сейчас я могла сравнить его голос с хрустальным водопадом, с уступа которого грациозно падают вниз водные потоки. На концертах — с океаном во время шторма, мощным, чуть неясным и неистовым.

Кей не фальшивил, да и дыхание у него, как я успела заметить, было поставлено правильно, а ведь всем тем, кто хотя бы немного соприкасался с музыкой, известно, что дыхание — это основа правильного пения.

Но лучше бы он не открывал рот, честное слово!

Успокойся и глазки, малышка, закрой,Я сегодня всю ночь проведу здесь с тобой.До зари буду петь, охраняя твой сон.Я твой шут, ты — принцесса, а ночь — это трон.

— Как здорово! — по-детски захлопала в ладоши Нинка и укоряюще сообщила Келле, — а ты, дурашка, петь не умеешь! Я ему свои серьги подарю.

Келла как-то странно поморщился — я видела его недовольное лицо в зеркале заднего вида. Но он промолчал.

Я касаюсь твоей нежно-бежевой кожи.Ты ведь любишь меня? И я тебя тоже."

"Ну и песенка, не думала, что наш рок-герой такие слащавые слова будет подбирать. Это меня даже немного развеселило. Наверняка где-то в глубине души этот малый с вычурной прической мечтал быть поп-кумиром миллионов девчонок, а из него вышел всего лишь фронтмэн группы, исполняющей то ли альтернативу, то ли нью-метал.

Спи, пожалуйста, спи, я останусь с тобой,Веришь, что я — твой принц и что я — твой герой?

— Верю, — прошептала Нинка, приподнимая голову.

Келла вдруг хмыкнул, но упорно продолжал хранить молчание. А Кей, следя за пустой дорогой, освещенной десятками стоящих в ряд фонарей, продолжал напевать, и голос его становился постепенно громче и громче.

Тонкий месяц и звезды я тебе с неба снял,С ними вместе навечно свое сердце отдал.

Нинка шмыгнула носом от переполняющих ее эмоций, Келла произнес непечатное слово, которое я могу перефразировать как: «Просто капец». Но я так и не поняла, к кому он обращался: к солисту, позорящему славное имя группы «На краю», к восторженной Нинке или к самому себе? Точно могу только сказать — что не ко мне.