Онлайн-библиотека книг
Келла устало смотрел куда-то в сторону, как будто бы оказался здесь случайно, а Кей с безразличием уставился вперед — его взгляд как раз падал в район мощных плеч Папы. С тем же взглядом солист сидел и на пресс-конференции. Молодец, хорошо его отработал!
— Они очень хорошие, — бросила я быстрый взгляд на участников группы «На краю», — вон тот, синеволосый, он вообще крестник Нининой мамы.
С еще более возросшим интересом Иван оглядел Келлу:
— Не ширяльщик? — спросил он грубовато.
Парень кисло посмотрел на Папу и отрицательно покачал головой.
— А че лещега синюшная?
— Что? — пришлось переспросить мне. Я блатной жаргон не очень понимаю.
— Хаер почему синий? — нехотя пояснил детина, приехавший к Нинке на помощь, и для полной убедительности показал пальцем на голову.
— У него болезнь волос, — не придумала я ничего лучше, не давая барабанщику и рта раскрыть. — Это реакция на лекарство.
— А-а-а… — совершенно не обладал медицинскими знаниями здоровяк, поэтому и поверил: — Точно не шоркается утюг? Не нарик?
— Нормальный я, — даже с каким-то небольшим вызовом сказал Келла.
— Тогда нормалек. Крестник, значит? — подобрело немного лицо у Ивана, — привет Нининой мамке передавай. И не ширяйся, типа, дальше.
Ударник неестественно улыбнулся и, почему-то назвав Нинкину маму тетей Ирой, сказал, что и привет передаст, и ширяться не намерен.
— А второй кто? Че за акробат? — тем временем заинтересовался Папа кумиром моей подруги. — Не ухажер ли сестренки? А то она мне тут жаловалась на одного черта подкошенного. Типа, он ей отдыхать мешает. Пристает. Лапает.
И, грозно нахмурившись, Папа решительно стал подходить к Кею, приняв за того самого назойливого кавалера.
