Мы – были! Путь

Здесь чужих, конечно, нет, но мало ли.

– Странно, – усмехнулся Стен, – но я вам почему-то верю. И хочу для начала задать пару вопросов.

– Задавайте, – пожал плечами капитан Таранчено.

– Каким образом вам в руки могли попасть документы такого рода?

– Каким образом? – потер подбородок старый сыщик. – Вы помните день атаки ордена?

– Такое не забудешь… – вздрогнул Стен.

– Аарн совершенно случайно захватили один из снафферских центров и найденные там документы привели в ужас даже их. Не зная, что с ними делать, командир орденского отряда передал их мне.

Почему аарн выбрали меня, понятия не имею. Но сам, ознакомившись с документами, понял другое.

– Остановить снафферов необходимо любой ценой. Я душу Проклятому продам, если это поможет расправиться с палачами. И я это почти сделал. Все мои друзья уверены, что я продался. Я остался полностью один. Если бы не помощь…

Старый сыщик замолчал.

– Чья помощь? – прищурился Стен.

– А вы еще не поняли?

– Орден… – он сжал кулаки. – Но какое дело этим сволочам до Моована? Мало они над нами поизмывались?

– Почему-то, – горько усмехнулся капитан Таранчено, – никому, кроме них, нет дела до того, что где-то там каждый день умирают в страшных муках наши мальчики и девочки.

Да-да, нашим моованцам на это наплевать, сколько я пытался хоть что-нибудь сделать, не прибегая к помощи ордена… А!..

Он раздраженно дернул щекой и рассказал Стену о разговоре с генералом.

– Но почему так? – с тоской спросил тот. – Почему вся эта продажная мразь благоденствует? Не могу я понять!

– Позже, если захотите, я вам объясню, – негромко сказала молчавшая до сих пор Зера.

– Так вы – аарн? – повернулся к ней Стен.

– Да, – кивнула девушка. – А до ордена была рабыней на Аствэ Ин Раг. Поэтому что такое боль, горе и отчаяние – знаю. Ради того, чтобы остановить несущих боль, я пойду на все. И как аарн, и как человек.

– Но при ваших возможностях вы легко справитесь сами, – недоуменно пожал плечами молодой мужчина. – Зачем вам мы?

– Я ведь уже говорила. Прежде, чем наносить удар, надо знать, куда его наносить.

Именно этим мы здесь и заняты. Плюс – подготовливаем почву для человека, который пойдет на глубокое внедрение.

– Ладно, – вздохнул он. – Я все-таки посмотрю эти ваши документы. Потом, надеюсь, вы объясните мне еще кое-что. Идти мне, похоже, все равно больше некуда.

Зера улыбнулась, подвела Стена к столу и положила перед ним три толстые папки. Он открыл первую и погрузился в чтение, не обращая больше внимания на окружающее.