Мы – были! Путь

– Тогда почему ты сам еще здесь, Мастер? – очень тихо, почти неслышно спросил Кер.

– Мне рано… – нахмурился Илар. – Я избрал путь помощи другим. Да и вина моя за содеянное в прошлом слишком велика, я не считаю, что искупил все. Не спрашивайте меня об этом, у каждого есть то, что остается только между ним и Создателем.

Он немного посидел, мрачно уставившись на стену, потом сказал:

– Пошлите первосвященнику приглашение на завтрашний вечер. Я поговорю с ним наедине, как он и просил. А утром займемся драконами.

– Хорошо, Мастер, – кивнула Тина, занося информацию в свой биокомп. – Сделаю.

Помещение, в котором С’Тван, Р’Гон и К’Рад дожидались Командора, донельзя раздражало своей непонятностью и необычностью. Шарообразное, с мягкими ворсистыми стенами. И эти проклятые ворсинки все время шевелились и меняли цвет, казалось, по стенам мечутся световые волны, создавая хаос, от которого дыбом вставала чешуя. Прямо в воздухе, ни на что не опираясь, висела платформа, на которой и находились ареал-вожди.

Уже добрых десять дней прошло с тех пор, как посольство Драголанда прибыло на Аарн Сарт, но Илар ран Дар объявился только сейчас. Где он был, что делал, почему так неуважительно отнесся к послам могучей цивилизации, никто из аарн сказать не соизволил.

Чаще всего ареал-вожди общались с тремя своими сородичами из ордена. И ни один из них не мог понять этих молодых драконов, казалось, что они и не драконы вовсе, а некие совершенно непонятные существа, принявшие ради какой-то своей цели драконий облик.

Они были полностью чужды народу Драголанда, их не интересовало ничего из того, что должно интересовать нормального молодого дракона.

Какие соблазнительные позы принимала перед ними прекрасная фиолетовая Р'Сана… Да дома за минуту внимания этой красавицы любой дракон мужского пола готов был отдать все на свете! А эти? Встретив Р'Сану, они морщились и отворачивались, как будто видели перед собой что-то отвратительное, а не очень красивую молодую драконочку. Такое отношение сильно задевало помощницу ареал-вождя, привыкшую ко всеобщему поклонению.

Каких только усилий она не предпринимала, чтобы переломить его. Но драконы ордена шарахались от красавицы, как от олицетворенного зла. Но ладно это, а чем они занимались?

Р’Гон поежился при воспоминании о создаваемом драконами ордена. Ему в один из дней ожидания совершенно случайно довелось стать свидетелем построения ими пугающе чуждых видеообразов и невозможной музыки.