Мы – Гордые часть 8

Ты же видел, что мы полностью контролировали ситуацию и успели бы вмешаться!

— Бла, бла, бла… Именно так и говорят всякие трусы.

— Готов ответить за свои слова⁈

— Да хоть сейчас. Да не держите меня, самки богомола! — Нагибин попытался двинуться вперед, но на нем повисли девушки. — Все равно по возвращению вы пойдете на хер, вместе со своими планами. А ты, Баг…

— Думаю, ему тут больше нечего делать, — высказался Перун, и открывшийся портал втянул в себя эту странную компанию.

— Не держи на нас зла, Сергей, -подошел ко мне Баг.

— Когда остынешь, поймешь, что я прав. Есть такая поговорка — свой дом защищай лучше сам. Ты показал себя достойным воином, и я горд тем, что сражался рядом с тобой. Официально приглашаю тебя на Аштаэлию. Вот, возьми, — он протянул мне прозрачный браслет. — Как решишь меня посетить, просто направь в него эфир, и я приду за тобой. Дамы, боги, — короткий поклон, и его команда шагнула следом за своим командиром в портал.

— Я, пожалуй тоже пойду, — сказал Перун.

— Молодец, Сергей. Я в тебе и не сомневался, — одобрительно кивнув, он растворился в воздухе.

— Верно, вы все молодцы, — подошел к нам Велес. — Горжусь вами.

— И что дальше? — спросил я.

— А ничего. Живите как хотите. Ушла одна угроза, но обязательно появится другая. Но в этот раз вы будете к ней готовы. И да, мы тут подумали и решили исправить несправедливость. Так что теперь к мужчинам постепенно начнет возвращаться магия. И именно стихийная — больше никаких жертвоприношений или магии крови.

По чуть, не сразу, но лет через сто люди забудут, что когда-то эфиром владели только одаренные женщины. Ну, а тебе лично в награду я сделаю так, что все мальчики, родившиеся от тебя, будут магами. И начнется эра появления магии у мужчин с рождения твоего ребенка.

— Млять, — нервно сглотнул я, оглянувшись на моих девушек, чьи глаза засверкали от предвкушения. — Спасите, памагите!!!

Эпилог

Два долгих года спустя

— Я ненавижу мужиков в общем и твоего отца в частности! — ко мне в кабинет ввалилась Мария Тереза Антуанетта де Бурбон, а между нами с моей легкой руки именуемая Люськой, и тяжело плюхнулась на диван.

До родов ей оставалось два месяца, и под конец беременность протекала с осложнениями, особенно сильно касающимися ее характера. Поэтому все от нее прятались, а если уж приходилось с ней контактировать, старались свести общение на минимум.