Мы – Гордые часть 8

Тяжело навьюченная кавалькада выступила в путь в час, когда стихла подчиненная жесткому распорядку жизнь города. Я и одна из девушек, переодетые в одежду рабов, несли рюкзаки с провизией и со стороны выглядели парой сельскохозяйственных рабочих, возвращающихся на ферму.

Тускло освещенными подземными переходами мы добрались до нижнего пригорода столицы и среди руин вышли на поверхность. Поспешно миновав пустынную равнину Тетт, наш маленький отряд оказался у подножия холмистой гряды Тонг. Там, среди спутанных ветвей и кустарника, одна из служанок отыскала вход в заброшенный туннель.

Тысячелетия по нему не ступала нога разумного. Мощные стражники с трудом продирались сквозь шипы и колючки, а один из единорогов, выказав крайнее неповиновение, сорвал узду и быстрой рысью устремился обратно в город, унося с собой часть припасов."

"Пробираться вверх-вниз по змеистым, с застоявшимся воздухом переходам, куда со времени гибели богов не ступала человеческая нога, было невыносимо утомительно.

Голубые лучи магических фонарей выхватывали из мрака зловещие барельефы, сваленные на землю изваяния. Однажды жрецам пришлось прибегнуть к магии земли, когда путь оказался прегражден завалом.

Продолжение туннеля пролегло в чередовании сталактитовых пещер и гротов, испещренных старинными орнаментами. С редкими привалами для отдыха мы пробирались почти трое суток, хотя я могу и ошибаться, потому как часов у меня не было.

Наконец мы вошли в узкий коридор, искусственное происхождение которого было трудно подвергнуть сомнению.

Украшенные барельефами стены после мили крутого подъема завершались парой глубоких ниш по обеим сторонам, из которых безжизненно взирали друг на друга застывшие изображения каких-то монстров, присевших на приземистых постаментах. С этого места коридор расширялся, образуя круглую залу со сводчатым куполом и пролетом ступеней в противоположном конце.

По ним мы и поднялись вверх, оказавшись в еще большем помещении, залитом странным, слегка зеленоватым светом.

Жабычи устало присели на пол, а служанки принялись накрывать стол — ели те как не в себя. Ну а я, несмотря на голод, поперся к широким дверям, которые были чуть приоткрыты. Ловушек и прочего, как меня уверили, тут нет, поэтому делай, что хочешь.

Шагнув внутрь, я замер, а на мое лицо сама собой наползла улыбка — чего тут только не было! Оружие, броня, артефакты, украшения — все было свалено огромными кучами.