Мы играем в пистолеты

Мне же не давал покоя тот факт, что Гена не стал мне возражать. Ведь все знали, что в отсутствие Филина, главный — он. А тут смолчал, и сейчас не спешит меня к ногтю прижать. Вот только молчание его красноречивее любых слов. Не в силах это выносить, я у дверей в зал остановилась, взявшись за дверную ручку, и не оборачиваясь, проговорила:

— Ты же сам сказал, что люди пока не знают, откуда дым. Так вот пусть он покажется не с нашей стороны.

Гена и тут отмолчался, всерьёз поразив моё воображение своей терпеливостью, руку мою с дверной ручки убрал, и двойные двери передо мной распахнул.

Я пошла вперёд, отсоветовав себе встречаться с Генкой взглядом. Нервы надо беречь, их и так почти не осталось, а самое трудное ещё впереди. И я это даже не предчувствую, я знаю.

В кабинете Кирилла обнаружился Пётр Янович, адвокат Филина, и мужчина, которого я вместе с Кириллом в "Золотом дожде" видела. Насколько я знала с чужих слов, это был Глеб Мартынов. Кирилл не слишком много рассказывал мне о своих друзьях, и о Мартынове в частности, но из того, что я знала, сделала вывод, что они друзья, и если не закадычные, то достаточно близкие.

Поэтому я сочла неуместным удивляться его присутствию здесь, даже в столь ранний час, да и выглядел он обеспокоенным, это сразу в глаза бросалось. Мартынов в нашем городе был личностью известной, правда, не публичной и в лицо его мало кто знал, больше хозяйственник, чем политик, но фамилия его была на слуху. Поговаривали, что он к самому губернатору был вхож, даже приглашения не ждал, что было совершенно неудивительно. Несколько лет назад Мартынов выкупил один из самых больших и проблемных заводов в области, реанимировал производство и решил проблему безработицы сразу нескольких районных городов, да и в бюджет, помимо налогов текло не мало, за что его в областной администрации, если не любили всей душой, то уважали, или, по крайней мере, готовы были выслушивать от него все критические замечания. Не знаю, может поэтому, вспомнив такие факты из биографии Мартынова, его присутствие вселило в меня определённую уверенность. Если у Кирилла такие друзья, то пропасть не дадут. Я надеюсь…

Когда я вошла, Мартынов с кресла, в котором сидел, вальяжно откинувшись на спинку, не поднялся, только уставился на меня, как на неожиданное развлечение, будто только меня и ждал всё это время. Даже поздороваться забыл. Потом зачем-то открыл рот, и так замер. Я взглядом с ним встретилась и осторожно кивнула.

— Здравствуйте. — Потом с адвокатом поздоровалась.