Мы играем в пистолеты

И взгляд его не отпускала. Кирилл попытался усмехнуться.

— Ника, милая, ты хоть понимаешь, сколько оно…

— Чёрт с ними, с деньгами. Я хочу, чтобы ты дома был, а не по милициям тебя искать.

Он всё-таки отодвинулся, руки мои от себя убрал, правда, попытался меня успокоить:

— Хорошо, потом обсудим. А сейчас, можно я в душ пойду?

Я его отпустила, одежду чистую приготовила, а после несколько минут стояла в дверях ванной комнаты, наблюдая за ним. В груди до сих пор что-то щемило. Кирилл дома, вполне живой и здоровый, и я заставляла себя в это поверить, после нескольких дней не отступающего ни на минуту страха.

Из кухни слышались весёлые голоса, довольный смех, звон посуды. Кирилла там ждали, а он всё медлил, одевался не торопясь, затем и вовсе дверь спальни закрыл.

— Они тебя ждут, — напомнила я.

Кирилл поцеловал меня, зачем-то двумя пальцами за подбородок придерживая, словно боялся, что я уворачиваться начну.

— Значит, я тебе не нужен? — шепнул он мне через пару минут. Отстранился, но выглядел возбуждённым, взбудораженным и глаза лихорадочно горели. Я улыбнулась, и след от своей помады с его нижней губы стёрла.

— Ты почему не побрился? — Вместо ответа поинтересовалась я.

— У меня завтра все щёки будут красные.

— Значит, будешь сидеть дома.

— Буду сидеть, — подтвердила я, — дома.

Хотела обнять его, просто захотелось, да и взгляд Кирилла словно пытался до дна моей души достать, долго такое не выдержишь. Но он так и держал меня за подбородок, не позволяя даже отвернуться. А когда из кухни послышался резкий свист, Кирилл руку убрал, из глаз ушла серьёзность, и он ухмыльнулся, а я осуждающе качнула головой.

— Ты знаешь, что твоему охраннику не хватает манер?

— А я ему деньги не за манеры плачу.

— Правда? Наверное, за то, что он тебя три дня найти не мог.

— Ты просто злишься.

— Конечно, я злюсь, Кирилл!..

Он меня быстро поцеловал, просто-напросто рот мне таким образом заткнул, а я его оттолкнула.

— Ладно. Иди. Они тебя ждут. А я маме твоей и Ваське позвоню. Они с ума сходят от беспокойства.

Филин отвернулся и пробормотал себе под нос:

— Просто бабсовет какой-то.

Я строго глянула в его сторону.

Он, как ни в чём не бывало, улыбнулся.

— Я недолго. Выпровожу их.