Мы из Кронштадта. Встреча.

На мой взгляд – она не похожа на каменное крылатое существо, но понимаю, что раз он так бесцеремонен, то они здорово близки уже. С посторонними как раз братец вежлив. Как правило.

Девушка извиняюще улыбается, хотя по-моему ей такое представление не очень приятно. Помогаю дотащить брата до дверей, дальше уж они сами…

А мне надо пройтись, надрался я что-то шибко…

Иллюстративный материал:

https://author.today/post/162660

- Что такое хваленая французская кухня? А это кухня от голода и отчаяния. Лягушачьи лапки, улитки, мидии, заплесневелый или высохший сыр, луковый суп из такого сыра, артишоки.

Говорю и сам себе удивляюсь – язычище словно самостоятельно работает. Эк меня несет, а еще на болтовню братца удивлялся! Но когда женщина явно с интересом слушает твои россказни, а ее пушистая головка уютно дежит на твоей руке и теплая ночь, а в открытое окно льется свежий воздух, только что дождик прошелестел – никак не удержаться.

Приперся я домой уже довольно поздно, проветрил пьяную голову, но не совсем. Надя встретила не без удивления – давненько я таким теплым не был. Но – медичка же – да еще и женщина – про состояние братца спрашивать не стала, сочувствием развозить слезы-сопли не принялась, за что я ей безусловно благодарен.

А свалила разговор на отвлеченные темы, потому как только такое сейчас и годится. И это лучше, чем рыдать и плакать, тут воплями посреди ночи делу не поможешь. Больше в ситуации, когда родич болен смертельно и жить ему заведомо недолго – и это подписано самой высокой инстанцией, без права обжалования и помилования – ничерта не сделаешь. И братцу меньше всего было нужно соболезнующее мое поведение и мне такое – даром ни к чему. Лучше толковать на отвлеченные темы.

Мы – живы и брат мой – тоже.

Потому надо живое – живому.

И вот сейчас я соловьем разливаюсь на несколько неожиданную тему – про кулинарию. И высокое искусство готовки всяких кушаний. Оно посреди ночи несколько неожиданно, но тут дело такое – это мне, питерцу, довелось всякое перепробывать и много где бывать. А моей уже жене – с ичкерийскими свободами имени Ельцина – много где пришлось оказаться – но вот никак не в ресторанах, совсем наоборот – в зинданах в том числе...