Мы из Кронштадта. Встреча.

Поглядела удивленно на трясущиеся пальцы.

- Да про это все - мотнул головой.

- Я не поняла, извини.

- Да школу вспомнил, как учили там всякому. И про средневековье говорили. Бароны, уделы, крепостные, сюзерены... Всякой ерундой головы набивали - а главное так и не сказали! - вдруг разозлился Виктор.

- Да рыцари там, гербы, перья на шляпах и всякие Мерлезонские балеты! Главное - вот оно - любой, кто сильнее может тебе устроить веселую жизнь. А все остальное фантики. Обертка, упаковка. Вот вроде наша деревня? Нихрена.

Любая банда может тут устроить любую веселуху. И везде так. Люди тянутся к сильному. Не будешь сильным - останешься на бобах! А кто говорит, что это не так - тот сука работает на соседа, в ту чужую соседскую силу вкладываясь.

Виктор перевел дух. Ему адски не хватало слов, чтобы выразить то, что клубилось неопознанно в сознании - вот - вот бы и оформилось - а нет. И сказанное получилось не тем. Не совсем тем.

- Та банда была сильнее. Значительно сильнее. Да и эти - тоже. Тупые, самоуверенные - потому и сдохли.

Но сильнее были. Пятеро - как ни крути - против одного - сила - уверенно сказала старуха.

- Ну так разная сила. Пулемет - тоже сила. И информация. И вовремя спланированные действия. Те придурки не то, что не готовились к отпору - они о таком даже и не думали. И эти - тоже. Черт, не получается у меня сказать, как чувствуется. Вот понесло нас с Иркой в глухомань. Умно, прям обосраться. А ведь гордился собой на полном серьезе. И сейчас вот умнею, да. Эх, раньше б подумать!

- Ты - живой.

А миллионы - слышь, миллионы, не кот чихнул, большая часть всех человеков - нет. Уже это говорит о многом - старуха, похоже, немного в себя пришла, прежним своим тоном заговорила. Хоть один человек в этой занюханной деревне толковый.

- Спасибо, Мелания Пахомовна, мне это было нужно - серьезно сказал барон.

- Приходи вечерком, потолкуем. Возникла у меня мысль, подумать надо.

Взял ружье, кивнул по-дружески и пригнувшись перед низкой притолокой - привычно уже, воспитали избы - пошел на улицу.

Остановился на минуту, обернулся.

- Тут такое дело, куриц я у этих уродов забрал. Оставил своей домработнице, чтоб подготовила. Ощипет, выпотрошит - будет у нас куриный супчик.

Старуха тяжело вздохнула в ответ.

Понял. Что лучше больше ничего не говорить - вышел вон. Глянул на пустой загончик, помрачнел еще больше.

У валявшихся трупов уже собралось с полтора десятка человек, пополам - и новички и свои. Зеваки хреновы.

Один тут же поспешил подойти к машине.