Мы мирные люди

А не может ли он на минуту представить, что шифровка сама по себе, а Вэр сам по себе? И что искать Вэра не надо, хотя бы по той простой причине, что он уже найден?"

"— Вот как?! — не удержался от возгласа Мосальский.

— У вас есть какой-то новый вариант? — осторожно осведомился Павлов.

— Вариант прежний: Верхоянский — это и есть Вэр.

— Значит, новые данные?

— Никак нет. Тщательный анализ. Наметанный глаз. Железная логика. Все. Это — моя концепция.

— Докладывайте, — сухо приказал генерал, и в голосе его послышалась досада.

Он придвинул к себе блокнот и взял большой синий карандаш.

Полковник Лисицын очень твердо и решительно сообщил:

— Никита Владимирович Верхоянский по окончании Московского металлургического института работал на Краматорском заводе в качестве заместителя начальника...

— Это все известно. Дальше.

— Простите, товарищ генерал, я только напоминаю основные, так сказать, штрихи его биографии.

— Я их помню. Он заболел, лежал в больнице в тяжелом состоянии. Больница не успела эвакуироваться, пришли немцы.

Находясь у немцев, Верхоянский вел себя отлично, как советский человек. Комиссией по репатриации проверен, возвращен на родину, работает... И что еще? Чего вы от него хотите и в чем его подозреваете? Созвучие в фамилиях? Это слишком упрощенно. «Вэр» — несомненная кличка. Какие у вас имеются данные, чтобы подозревать человека?

— Его приезд по времени совпадает с проникновением к нам Вэра.

— Так. Об этом вы мне тоже сообщали.

— Теперь, — начинал нервничать Лисицын, — Верхоянский шикарно одевается, живет широко, бывает в лучших ресторанах и превосходно владеет английским языком.

— Хорошо одеваться и бывать в ресторанах — это еще не криминал. Наша техническая интеллигенция, кажется, неплохо одевается и ходит в лучшие рестораны. Иностранные языки у нас изучают многие, и это очень похвально.

— Да, но это еще не все, товарищ генерал-лейтенант. Установлено, что у него тесная связь с английским корреспондентом Гарольдом Медсоном и его женой. Вместе посещают театры. Верхоянский бывает у них в гостях.

— Вы считаете, что такое знакомство компрометирует Верхоянского? — сурово спросил Павлов.

— Прямая связь, товарищ генерал-лейтенант.

— Постойте, постойте. Я спрашиваю: вы установили, что это знакомство имеет характер преступной связи? Ведь вы сами понимаете, что нас только это может интересовать.

— Прямых улик, конечно, нет. Но ведь Гарольд-то Медсон — корреспондент консервативной газеты?

— Отсюда во всяком случае не следует, что он глуп.