Мы мирные люди

Поняла?

— А что бы я могла предпринять?

— Я говорю о том, чтобы ты так, с бухты-барахты, не выскочила замуж.

— Почему я вообще непременно должна выходить замуж? — возразила обиженно Ирина, хотя сама только что об этом толковала.

Они шептались еще долго, и когда наконец обнялись и поцеловались, начинало светать.

Игорь стал частенько заходить, особенно днем, когда не было Агапова. Ирина испытывала к нему нежность и непонятную ей самой щемящую жалость. А почему жалость? Игорь был безмятежно счастлив.

Он деятельно собирался на стройку тоннеля, на Аргу. Как все замечательно складывалось! Ирина тоже ехала с ними! Игорь уже два раза побывал на дорожных работах по прокладке шоссе. Времянка — только еще подобие дороги — уходила далеко.

— Едем! Едем! — ликовал Игорь. — Вы не бойтесь, Ирина, там будет очень хорошо. И туда уже переброшены на самолетах строители. Ставят дома.

Ирина увозила с собой Нину Быстрову: упросила Агапова, предварительно заручившись помощью Марьи Николаевны.

Сначала Агапов был против, хотя и сам не знал, почему. А потом махнул рукой:

— Да мне-то, собственно говоря, что? Пускай себе едет. Селектористкой? Скажите в отделе кадров — не возражаю.

Зимину страшно не хотелось уезжать... Опять забирайся в медвежью берлогу! Мысленно он проклинал всех этих Агаповых и Байкаловых, а вслух расхваливал их деловитость. (Впрочем, так расхваливал, что слушавшие эти похвалы начинали возмущаться: деловитость деловитостью, но надо же людям дух перевести, лошадей — и тех жалеют.

)

В первых числах октября 1948 года тоннельщики уехали. К этому времени магистраль достигла семидесятого километра. Сконструированный в техбюро путеукладчик работал полным ходом под наблюдением Федора Константиновича Ильинского.

Агапов и Байкалов тоже собрались в путь. Агапов поехал на самый отдаленный — пятый участок стройки. Байкалов поехал в Москву. Ему надавали поручений, писем, записочек. Одни завидовали, другие высказывали предположение, что это замаскированное бегство со стройки и что Байкалов едет хлопотать о переводе на другую работу и назад не вернется.

Между тем Байкалов ехал по очень важному и секретному делу, о котором, кроме него, знали только два человека.

6"

"Дело в том, что в первый же день по приезде с Аргинского перевала Горицветов, оставшись наедине с Агаповым, вынул из портфеля объемистую тетрадь и вручил ее начальнику управления с большой торжественностью.