Мы мирные люди

Она очень часто ездила по строительству, забегала в рабочие бараки, побывала в каждом уголке, и вскоре ее уже везде знали. Старики звали ее Иринушкой, молодежь как-то подтягивалась, завидев ее. С ней делились, ей верили. Хорошее прокладывает торную дорогу к сердцам людей.

3

С первых же дней у Ирины завязалась дружба с Тоней Соловьевой. Вместе читали стихи, вместе составляли заметки.

Тоня как-то мельком сказала о неблагополучном положении с редактором многотиражки Беловым: дня не бывает трезвым!

— Он, кажется, москвич? — спросила Ирина.

Белов был, действительно, из Москвы, где работал в редакции газеты. Евгения Леонтьевича и его жену Тамару Васильевну очень там любили. Им даже завидовали, их ставили в пример. Нигде не было так уютно и весело, как у Беловых."

"Ни на работе, ни в партийной организации никто не знал, что после умных разговоров и дружного веселья, после ухода гостей Белов напивался пьяным, терял человеческий облик, устраивал дебоши и даже лез в драку со всеми уважаемой Тамарой Васильевной.

С годами жизнь Беловых окончательно развалилась. Все реже становились просветы, все чаще безобразные попойки. Раньше он хоть клялся в минуты просветления, что это больше не повторится. А потом и клясться перестал.

Тамара Васильевна долго терпела. Потом настояла на его отъезде.

На стройке Белов вначале сдерживался. Написал несколько дельных статей. Его доклады о международном положении произвели хорошее впечатление своей обоснованностью, эрудицией.

Но ненадолго его хватило. Все чаще работники многотиражки отвечали посетителям:

— Редактора нет, он сегодня болен.

Скоро уже все знали, что это за болезнь. Начались серьезные недоразумения. Однажды в пьяном виде Белов гонялся за уборщицей редакции, а та перепугалась и подняла крик. Затем он пытался избить свою квартирную хозяйку, а та пожаловалась Ирине. Не успела Ирина разобраться в этом деле, как разразился новый скандал: пьяный Белов бросился в речку и стал тонуть, еле его и вытащили; один рабочий бросился ему на помощь, так Белов и его чуть не утопил — сопротивлялся, кричал, ругался и несколько раз ударил рабочего.

— Я помещу о нем большую статью в многотиражке, — как-то сказала Ирина Байкалову: — Приведу факты и его же заставлю печатать эту статью. Надо объявить пьянство совершенно недопустимым и начать с ним беспощадную борьбу. Слишком мы терпимы и милостивы, честное слово! А уж партийцем пьяница никак быть не может.