– Имеешь, но… Он непорядочный… хлыщ, как ты не понимаешь? Таких нельзя любить! Ты посмотрела статью? Они ждут ребёнка с женой. Так что… Выходи за меня, и давай усыновлять Ваню!
Ну как с ним можно разговаривать? Поступки Арзамасова напоминают гаденькие манипуляции, к коим прибегают испуганные жены. Или любовницы, подкладывающие свои трусики в карманы пиджака гулящего мужа… К слову, даже Вика так не поступала…
– Толь, я смогу усыновить Ваню и без замужества. Закон не запрещает этого и не ограничивает меня в правах.
Вопрос в том, что я… не готова…
– Ну так не мучай пацана, отнеси в дом малютки, – сухо произносит он. В голосе Толя отчетливо звучат ноты раздражения или досады… Между нами повисает вязкое и липкое как мёд молчание… Неловкость и напряжение, сопровождаемые моим частым взволнованным дыханием…
– Пока, Толь, – бурчу в динамик и сбрасываю звонок. Не хочу разговаривать с интриганом и манипулятором. Никого не хочу!"
"Сообщаю папе Паше о здоровье Ванечки и отвлекаюсь от житейских проблем заботой о нем.
Мы успеваем съездить на рентген, сделать ингаляцию и принять назначенные лекарства. Вот и все на сегодня – Ваню ждёт одна процедура вечером, а няню Соню – стариковский дневной сон… Однако моим радужным фантазиям не суждено сбыться – возле палаты нас встречает кучка визитеров… Ступаю по широкому светлому коридору, прижимая ребёнка к груди и удивляюсь странному, затопившему меня чувству – желанию защищать… Рвать до костей, бороться, бежать. Мной овладевают животные, первобытные инстинкты…
– Здравствуйте, вы ко мне? – произношу нарочито спокойно.
– Здрасте, к вам. Мы из органов опеки, – произносит полная низенькая женщина лет пятидесяти. – А это следователь из следственного комитета. По делу об убийстве… матери это мальчика, – почти всхлипывает она, всплескивая ладошкой в сторону молодого усатого мужчины с кожей, покрытий оспинами.
– Я Гударенко Александр, – виновато произносит следователь. – Это стажёр Аксененко. Сутулый парень в клетчатой рубашке равнодушно кивает.
– Проходите в палату, – предлагаю я. – В чем, собственно, дело?
– Мы пришли забрать маленького, – тоном доброй феи произносит женщина, не удосужившаяся представиться. – По закону вы не имеете права находиться здесь и… заботиться об этом мальчике. Для этого есть компетентные органы, – она гордо вскидывает бровь.
– Ну-ну, – бросаю я, набирая в грудь побольше воздуха. Моя тирада им не понравится…
Глава 35.
Софья.
