Мы не твои

Я поэтому все важное ношу в сумке на поясе. И стильно, и удобно.

Да, у Киры действительно была красивая красная брендовая сумочка.

— Вот твой чай, вкусный, с травками и ягодами. И еще я успела по-быстрому сделать сырники.

— Спасибо вам… тебе.

— Вот, это мне нравится! Ну что, чай попьем и отдохнем немного? Я после поезда всегда сонная. Тем более ночь мы не спали.

— Я не против.

— В твоем состоянии спать и спать. Помню, когда я своего Славку ждала, ходила вечно как сомнамбула, только увижу подушку, сразу брык на нее и все…

— У вас… тебя есть сын? А он где?

— Где-то в Европе, точно не скажу.

— Он… с вашим мужем живет?

— Он сам по себе. Ему уже двадцать пять, самостоятельный.

— Ого! А вам сколько?

— Тебе! — она улыбается, — а мне сорок три. Он у меня ранний. Вот тебе будет сорок три и будет у тебя взрослый ребенок. Знаешь как это здорово? Ты сама еще молодая, а он уже такой — ух! Под два метра ростом, красавец!

Я как-то сразу сникаю, представляя себя матерью-одиночкой. Грустно и больно.

— Ну, ну… что ты? Не раскисай, прорвемся! Расскажешь, что за идиот тебя вот так вот отпустил?

— Он не идиот… он…

Он все равно самый лучший.

* * *Я правда думаю, что он хороший. Просто… ему не повезло.

Как и мне.

Мы с ним, в каком-то смысле… товарищи по несчастью. Думаю, об этом, закрывая глаза, вздыхаю тяжело.

— Ну что ты, девочка моя? Ты… расскажи мне все, тебе самой станет легче. Расскажи.

Качаю головой. Если рассказывать, то с самого начала.

Как увидела его в клинике, как он первое время постоянно грубил.

Начинаю вспоминать, и слова сами собой льются.

* * *"

"Я выхожу на работу после сессии. Все сдала хорошо. На пятерки.

Мне снова говорят о том, что с моими знаниями и умениями прямой путь в медицинский институт. А я не хочу. Это личное.

И потом, мне нравится быть медицинской сестрой. Не всем становиться хирургами и терапевтами.

Илик снова мрачный, не грубит, но явно не в настроении.

Первые дни пытаюсь его как-то расшевелить. Потом появляется сложная пациентка в другой палате, все больше времени провожу с ней.

У Ильяса консилиум, выясняют, что делать дальше. Он не хочет лечиться, не хочет вставать на ноги. Даже от операции на глаза отказывается.

Я в то время еще почти ничего не знаю ни о нем, ни о его семье.

Умаровы. Очень богатые. Тамерлан — старший брат Ильяса — совладелец нашей клиники. Что-то у них там произошло неприятное, то ли семейное, то ли из-за бизнеса. В старшего брата стреляли, он тоже у нас в отделении лежал.