Мы не твои. Том2

- Какой ты… любвеобильный? То Яна, то Надежда…

- Она была до Яны. Уехала. Она любила другого. Сильно любила. Ребенка от него ждала…

Чувствую, как все внутри холодеет. Ждала ребенка. И уехала?

- Куда уехала?

- В столицу, к горцу своему. Даже не позвонила, не написала. Значит… значит она счастлива. Я надеюсь. У меня есть надежда, что у Надежды все хорошо.

- Это… это же замечательно, да?

- Да… Ты… почему-то мне ее напоминаешь. Голосок у тебя такой… нежный. Как у неё. Она, наверное, родила уже… А может и нет. Я все думал ей позвонить, узнать, как она там со своим горцем поживает…

- Почему с горцем?

- Потому что… Любимый ее, горячих кровей был парень.

Чувствую, что меня трясет. Какая-то… странная история. Очень, очень странная.

Вторая капельница капает быстрее. У меня кружится голова. Я устала, хочется лечь. Сейчас закончу с ним и пойду в сестринскую прилягу. У меня ночных дежурств не бывает, но сегодня я подменяю Лельку.

- Эй, сестричка, ты тут, не вижу тебя.

Не вижу… Почему эти слова снова вызывают укол в сердце?

Что со мной сегодня такое?

- Я тут.

- Расскажи что-нибудь. Как ты память потеряла? Совсем ничего не помнишь?

- Помню. Детство помню. Маму и папу. Море. Косички.

- Косички?

- Да. Такие, знаешь… плетут девчонкам на курортах.

- А дальше почему не помнишь?

- Никто не знает. Доктор говорит – вспомню. Но когда я начинаю пытаться – голова болит. Он запретил вспоминать. Вот, жду…

- Чего ждешь?

Хочу сказать, что жду, когда маленький родится, но не говорю.

- Жду, когда вспомню. Все, процедуры на сегодня окончены. Спокойной вам ночи, Вячеслав.

- Ты куда? Не уходи, Надя…

- Я не Надя. Меня тут зовут Вера. И… - нет, не хочу говорить, не буду. Зачем ему знать, что я Воробушек?

Ночь неспокойная. Долго не могу заснуть. Почему-то хочется плакать.

И еще… Хочется завтра узнать у этого парня про ту Надежду, которую он думал, что любит. Не знаю почему.

Ну и что, что она была беременная? Это совпадение.

И вообще…

Утром узнаю, что парня хотят перевезти в другую клинику, в его родной город, соседний Рудник.

"Жаль, что я скорее всего не успею с ним поговорить. Приезжает та самая комиссия, которую боится вся клиника. Кроме нашего Дудуляна. Он не боится, и мы тоже не боимся.

Меня ставят на пост, Олег Борисович говорит, чтобы я улыбалась.

- Но животом сильно не свети!

- Да было бы чем светить! Седьмой месяц, а я как будто шашлыка на праздники переела!

- Глупая, нормальный живот у тебя.