Мы - ошибка

Все попытки сгладить что-то, как песок, утекают между пальцев, и я не могу ничего с этим сделать. Я пытаюсь что-то сделать, залатать старую дыру, как появляется новая. Будто сама судьба против нас и она не для меня."

"Внутри горит все, как представлю их вместе. Он запускает руку ей под рубашку, а она позволяет сминать кожу и касаться губами.

В следующую секунду левая рука начинает гореть от сильного удара, а следом мое отражение напротив покрывается паутиной трещин.

Подставляю руку под струю воды, окрашивая ее в красный цвет.

Физическая боль сейчас — то, что нужно, чтобы отвлечься. Достаю телефон и вызываю охрану, рекомендуя прихватить аптечку.

— Что-то случилось? — Человек в форме оказывается возле меня через минуту.

— Я случайно разбил зеркало. Никифоров Марк Алексеевич, — показываю пропуск, чтобы сверил имя. — Выставите счет, я оплачу. — Девушка, пришедшая вместе с ним, обрабатывает мне руку антисептиком, прикладывая салфетку к царапине на коже.

Сдохнуть можно от того, насколько сильно я ревную ее ко всем.

31

Возвращаюсь с ребятами в кабинет и замечаю свои пионы, стоящие в вазе с водой на столике в углу. Рядом пакет с моим подарком. Не знаю, кто это сделал, но мысленно его благодарю.

— У меня сегодня еще много дел, так что мы с вами максимум до обеда задержимся, — возвращает всех с небес на землю Никифоров.

Не умеешь ты, Никифоров, делать подарки. Если бы ты сам мне сказал, что завтра все отменяется, то я бы первая тебя расцеловала, цветы подарила и даже пару грехов простила.

Мы еще раз прогоняем мою презентацию.

Разбираем какие-то вопросы, и дальше Марк рассказывает о следующей задаче, которую нам предстоит сделать.

Если бы выступал он, ему понадобилось бы один раз пробежаться по тексту взглядом и ответить все без запинки. Мне же все эти тонкости давались куда сложнее.

Может, заболеть завтра и не прийти? Марк ведь знает все и сам ответит. А может, позвонить вечером и попросить придумать что-то, чтобы мне не надо было позориться. По-моему, за всех должен отдуваться руководитель, а не я.

А еще делает вид, что оберегает меня и помогает. Вот, где его помощь была бы кстати. Тут бы он доказал, что может взять на себя ответственность за все, а не меня кидал на съедение.

— Алиса, — окликает меня Никифоров и я понимаю, что не слушала его несколько последних минут. — Ты что?

— Ничего, я слушаю.

Он смотрит в глаза и ждет от меня каких-то действий, а мне остается только прикусить губы и вопросительно на него посмотреть, чтобы он повторил.