– Утром я должен уезжать в Нэшвилл, – говорит он и двумя пальцами похлопывает меня под подбородком. – Приподними.
Я слушаюсь.
– Поезжай. Со мной все будет нормально, – говорю быстро. – Я закажу себе какой-нибудь суп и посмотрю телек. Все равно мне сейчас только это и нужно. Несколько дней тишины. И я буду как новенький.
Когда он заканчивает, возвращается Берта.
– Вы только взгляните! – одобрительно восклицает она. – Кое-кто выглядит намного счастливее.
Правда? Наверное, да. Быть чистым приятно.
Она никак не комментирует ни пар в воздухе, ни наши влажные волосы и босые ступни.
Молча собирает с кровати белье и исчезает, а минуту спустя возвращается с чистым. Пока она заправляет кровать, Вес стирает с моего лица оставшуюся пену.
– Так, теперь садись-ка обратно, – говорит Берта, поднимая изголовье кровати. – Сейчас тебе принесут куриный бульон, а я пока заполню твои бумаги на выписку."
"У бульона нет вкуса, но я все равно съедаю его на случай, если это своего рода проверка моей готовности вернуться домой.
Потом мы с Весом делим напополам круассан. Своим куском я давлюсь. У меня совсем нет аппетита. Но я устал ощущать эту ужасную слабость.
Вес находит в фейсбуке фото моей новорожденной племянницы. А потом случается чудо, и приходят бумаги на выписку. Пока Вес разговаривает с врачом о моих дурацких анализах, я даже не слушаю. Ничего интересного в них не нашли, так что я просто хочу оставить этот кошмар позади.
Напоследок мне приходится пережить еще одно унижение – Берта привозит инвалидное кресло.
– Таковы правила, – разводит руками она. – Прямо как в телевизоре.
Мне так не терпится скорее убраться отсюда, что я даже не спорю. Сажусь в чертово кресло, и Вес везет меня к лифту. Свобода близка! Вес, наверное, чувствует то же самое, потому что когда мы приезжаем на первый этаж, он переходит на бег и, толкая меня впереди, следует за указателями на парковку.
Когда перед нами раздвигаются двери, то от холода у меня перехватывает дыхание. Я без куртки.
– Извини. – Вес сжимает мое плечо. – Он должен скоро… о, вот и он!
Рядом с нами притормаживает «хаммер» с Блейком Райли, ухмыляющимся из-за руля.
– Почему Блейк не в Тампе? – спрашиваю я.
– Травма колена. Он пропустит… о блядь.
Я еще перевариваю паршивые новости Блейка, так что не сразу регистрирую топот ног.
– Райан Весли! – зовет чей-то голос. – Расскажите, как у вас обоих дела! – Бетонные стены парковки начинают освещать вспышки фотоаппаратов.
