Мы раскрываем убийства

Она продолжает читать переписку Любе и Джеффа. В словах Любе звучит неприкрытая угроза, а все письма написаны этим странным тоном весельчака. Кто же этот человек? Неужели его никак нельзя вычислить? По особым словам, выражениям — как-нибудь?

Джефф повсюду расставил на полях вопросительные знаки. Видимо, пытался решить ту же задачу, что и она сейчас: выяснить, кто такой Франсуа Любе. Напротив строчки с упоминанием Джо Блоу целый ряд вопросительных знаков.

Последние две страницы — клиентский профиль Франсуа Любе. Информации до смешного мало: имя, название индонезийского банка и несколько пустых граф.

Она пролистала личное дело до конца. Этот человек — призрак.

В деле нет ничего, что помогло бы идентифицировать личности Франсуа Любе и Джо Блоу.

С Джеффом посоветоваться не получится.

Сьюзан смотрит на зеркало в переговорной, за которым скрывается потайное логово Хэнка. Она не уверена, что Хэнку ван Вину можно доверять. Но к кому еще обратиться? К Эми Уилер?

Диктор новостей за ее спиной продолжает жаловаться на ставки.

Сьюзен решает попробовать связаться с Эми. Кто-то еще должен увидеть это личное дело, иначе кто-то еще умрет.

— Назови свои страхи.

Эми закатывает глаза.

Рози говорит шепотом:

— Если будешь закатывать глаза, я сдам тебя полиции. Или ребятам, которые хотят тебя убить.

Они сидят по-турецки на небольшой поляне в лесу возле спа-ретрита «Вечный источник». Барб бьет в маленький гонг и иногда принимается гудеть. На веранде мерцает гирлянда из лампочек.

— Задумайся: что означают эти страхи? Какая от них польза? Как они тебе мешают? Поприветствуй свои страхи; побудь с ними, не пытайся от них убежать.

Когда же Стив приедет? Эми надеется, что скоро. У них много работы. Надо просмотреть распечатки с компьютера шерифа Скрогги. Она их читала, но не нашла ничего подозрительного. Она не сомневалась, что именно Скрогги убил Эндрю Фэрбенкса на яхте, но, возможно, в его документах есть что-то, что приведет их к Франсуа Любе?

— Рози, — говорит Барб, — чувствуешь вибрации гонга?

— Кажется, да, Барб, — отвечает Рози.

Эми понимает, как важно для Рози прочувствовать атмосферу; как-никак они в ретрите со всеми вытекающими.

— Не зови меня Барб.

Барб снова ударяет в гонг.

— Извини, Барб, — оправдывается Рози. — Я забыла, как надо.

— Серая Пантера, — напоминает Барб.

— Хорошо, — отвечает Рози. — А почему не Серебряная? Серебряная Пантера лучше Серой.

Барб смотрит на Рози, и мудрость и спокойствие на миг ее покидают.

— Я об этом не думала. Но неважно.