Мы с тобой не пара! (СИ)

Хорошая? Это я-то хорошая? После всего произошедшего? Чудны дела твои, господи…

Но как же, черт возьми, приятно!

Алина уже уснула, а он всё не мог.

Смотрел. Нюхал. Трогал.

Делал всё, что она так наивно запретила, но так, чтобы не почувствовала.

Это была первая победа за несколько самых длинных и ужасных дней в его не самой простой и короткой жизни. Даже две недели её первого побега, кажется, дались проще, чем последние сутки.

Тогда он просто бесился, сейчас же реально хотелось сдохнуть.

Умом понимал - она элементарно качает права. Опять же умом понимал, что на её месте поступил бы точно так же.

Но вот ведь в чём загвоздка… Каждый из них на своём месте,и это неизменно. ? рассудок в их внезапных и таких непростых стычках сдается первым.

Но если тётка права, если это всё, что ей нужно, чтобы вернуть их отношениям изначальное русло, то oн уступит. Покрепче стиснет зубы, почаще смолчит, наступит на горло собственной гордости – и уступит.

Оказывается, радовать свою женщину поблажками, недоступными остальным – особый сорт извращений.

И пока вполне недурной на вкус.

В последний раз с наслаждением втянул в себя утончённый аромат женского тела, который будоражил воображение сильнее любых афродизиаков,и удовлетворённо выдохнул, окончательно расслабляя мышцы. Определенно, это стоит того.

Ночь и утро, как бы я ни опасалась иного, прoшли без происшествий.

Мы просто спали и, скажу я вам, преотлично выспались. Оказывается, если прекратить изводить себя сомнениями, то и сны снятся нормальные,и по утрам тошнота не мучает. Я правда поостереглась завтракать чем-то кроме крепкого чая с тремя крекерами, но их желудок после ночного дожора воспринял благосклонно,и дальше я решила пока не экспериментировать.

Марк с утра тоже выглядел неплохо, по крайней мере практически не хмурился, бросая на меня взгляды исподтишка, когда думал, что я не замечаю, а когда побрился, так вообще на человека стал похож.

Погода за окном радовала безоблачным небом и грозилась чуть позже пришибить нас тридцатиградусной жарой, так что я заранее начала опасаться не только коварного солнечного удара, но и остального. Например,того, что в гостях придётся максимально раздеться. Вплоть до купальника. И лицезреть раздетого Марка.