Она давала ей надежду на то, что они смогут стать счастливыми, забыв о прошлом, как о кошмарном сне. – Если мы договоримся быть честными друг с другом, так будет лучше как для нас самих, так и для Эли.
– Значит, больше никаких секретов?
Услышав боль в его голосе, она почувствовала укол совести.
– Мне правда жаль, что я скрыла от тебя существование Эли. Я виновата перед тобой. Ты можешь меня простить?
– Я должен, не так ли?
Она тяжело сглотнула.
– Нет, не должен.
Эллиот взял ее за руку.
– Если я хочу, чтобы между нами установился мир, мне придется тебя простить.
Судя по его ответу, он в глубине души до сих пор не может смириться с тем, что она не сказала ему о ребенке.
Ее чувство вины усиливалось с каждым ударом сердца.
– Мир – это очень хорошо, – просто сказала она.
Он погладил большим пальцем внутреннюю сторону ее запястья.
– Жить в мире вовсе не значит жить скучно.
– Я и не утверждала обратного.
– Но подразумевала. – Придвинувшись ближе, он добавил: – Перемирие даст нам возможность делать вещи, о которых мы не думали прежде.
– Если ты имеешь в виду поцелуи, у тебя короткая память.
Он крепче сжал ее руку.
– Нашему перемирию пойдет только на пользу, если ты приправишь его своим остроумием. Эта идея такая же блестящая, как золотистые пряди в твоих волосах, которыми ты обязана солнцу Южной Каролины.
– Нет, парикмахеру.
– Лжешь.
– Откуда ты знаешь?
– Уверен, ты экономила каждый цент. Я слишком хорошо тебя знаю. – Его ладонь скользнула вверх по ее руке и коснулась волос.
– Я знаю, что ты меня хочешь, но понятия не имею, что ты собираешься с этим делать. Можешь не сомневаться, я хочу возобновить то, что у нас было. Я не лгал, когда сказал, что тебе идет материнство. В том вечернем платье ты выглядела безумно сексуально.
Он продолжил поглаживать ее по руке. Если она пошевелится, его пальцы заденут ее грудь. При одной лишь мысли об этом по ее телу пробежала дрожь желания.
– Ты поднимаешь искусство соблазна на новый уровень.
Я поражена, – произнесла она с притворным спокойствием.
– Это хорошо. Но удалось ли мне тебя соблазнить?
– Удалось, – ответила она, не видя смысла скрывать очевидное. – Но, Эллиот, наше будущее не может быть похожим на сказку.
– Может, – ответил Эллиот, с улыбкой убирая руку.
После этого он откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.
Он собирается спать, когда после его слов и прикосновений все ее тело горит огнем? Ей хотелось кричать от разочарования.
