Мы сделаем это вдвоём

Они не лезли ни явно из каждого угла, ни потихоньку из-под камней и из погребов. Но сразу вспомнился разговор с нежитью в моём подвале – когда говорили, что тёмная тварь – это кто-то с горы, а вовсе не мальчик-зайчик Валерьян. Впрочем, говорят же, что рыбак рыбака видит издалека, вот это нечто с Валерьяном и закорешилось, когда тот по лесу в одиночестве бродил. Только куда потом делось, когда Валерьяна того, уничтожили?

- А поесть мне можно? – спросила я слабым голосом.

Сто лет вокруг меня такая толпа уважаемых людей не суетилась.

Не воспользоваться ли?

- Нужно поесть, нужно.

Прибежала Марьюшка, шумно радовалась едва ли не со слезами, что я очнулась и есть запросила, засуетилась, кого-то снаружи построила, и уже была готова тащить мне куриный бульон прямо в постель, но я попросила – умыться, одеться, вывести меня в залу. Потому что все эти уважаемые люди тоже, голодны, наверное, и кормить нужно всех.

Слабость ощущалась нешуточно, но вдруг я поем, и полегчает? Нужно пробовать. Поэтому я позволила Марье одеть меня и вывести наружу.

А там уже Анри подхватил и усадил рядом с собой на лавку.

Куриный суп оказался самым тем, чего хотелось, и что усвоилось. После можно было пить чай и слушать очевидцев вчерашнего происшествия.

Вчера, когда я упала с раскрытыми глазами, очевидно не видя никого и ничего, Анри чуть тамошнего шамана не прибил на месте разом с его чадами и домочадцами. Еле удержали. Объяснили, что не имели ничего личного, и не личного – тоже, просто так получилось, никто не знает, отчего эта странная госпожа так реагирует.

Но полны решимости разобраться, что и как. И всё верно, существует некая глобальная проблема, которую нужно решать, но никто не знает, как. Никаких пророчеств относительно того, что явится великий герой и щелчком пальцев всё поправит, ни у кого не имеется – ни у жителей Поворотницы, ни у пришлых гостей. Всё методом тыка.

Стукнула дверь, вошёл и поклонился Демьян Васильич.

- Жива, матушка? Ну, хорошо. А то там на нашего Каданая уже косо смотрят – что сотворил с матушкой-барыней, подлюка.

- Да он же не желая, вроде бы, - вздохнула я.

Куриный бульон придал сил, но – не настолько, чтоб вот прямо уже встать и забегать. Поэтому я попросила Марьюшку сходить за свежим чаем.

- Расскажи-ка, Демьян Васильич, что знаешь о тумане за перевалом, - попросила я.

- Своими глазами видел лишь однажды, - тут же откликнулся он. – Как приехали мы сюда с братцем Елисеем да Ульяной, сказы послушали, да и сходили.