Мы сделаем это вдвоём

- А Кириллыч-то как, придёт? – спросил Афанасий, приняв от меня с поклоном чашку горячего чая и кусок пирога, и усаживаясь за стол.

- Придёт, дали знать, - кивнул отец Вольдемар. – Прихромает.

Анри нахмурился, достал зеркало и попросил Северина сходить за помянутым Кириллычем – потому что сам он пока ещё доберётся. И мы вернулись к вопросу о том, что занадобилось этому болезному на нашем краю географии.

- Господин Астафьев, а имеете ли вы при себе какое-то подтверждение ваших полномочий? – спросил Анри. – А то я тоже могу взять пару-тройку солдат и проехаться с ними вдоль побережья.

Нагнать шороху и подзаработать.

Тот глянул так, будто Анри спросил что-то несусветное. А я улыбнулась господину генералу – правильно, молодец.

- Вы… сомневаетесь? – нахмурился он.

- Понимаете, - вступила я самым лисьим голосом, на какой была в тот момент способна, - мы с господином генералом, в смысле – с его высочеством, не испытываем безусловного пиетета перед государственной властью, которую вы представляете.

Сейчас я поясню, почему, сядьте, - усмехнулась я жёстко, потому что чиновник уже привстал, чтобы что-то мне доказывать. – Понимаете, государственная власть – не блаженство вечное. Уважение, почитание – всё верно, да. Но. Кому-то кланяются совершенно искренне, потому что этот государь заслужил уважение. А кому-то просто потому, что боятся наказания. Или не кланяются, потому что не боятся. Я отлично понимаю, что отцу Вольдемару не с руки вас расспрашивать с пристрастием, а мне, скажем, уже нечего терять, - на самом деле есть, что, но о том помолчим. – Так вот, мне не слишком страшно, но очень интересно. Господину генералу, как мне кажется, тоже интересно.

- Госпожа… маркиза, вы всегда такая языкастая? – сощурился Астафьев.

- Обычно ещё хуже, - кивнула я. – А ещё я слышала однажды такую историю. В одном уездном городе чиновники и просто жители узнали о том, что к ним едет ревизор с проверкой. Перепугались, ощетинились. И с перепугу приняли за того ревизора некоего мелкого чиновника, который торчал в гостинице, потому что проигрался и не мог заплатить за проживание.

Городской голова взял его к себе в дом, его кормили, поили, давали денег и всячески ублажали. Правда, тот в один прекрасный момент всё равно сбежал, а в город явился настоящий ревизор и спросил со всех, как полагалось. И я совершенно согласна с его высочеством – было бы неплохо, если бы вы показали нам всем какие-нибудь письма, грамоты или что там у вас есть.