— Каких зайцев? — а у самого на лице шок и недоумение.
Да-а-а-а. Ошарашила малёк парня. Ишь ты, как глазёнки выкатил.
— Забей.
Посмотрела в окно и увидела, что мы уже въезжаем в мой дворик. Осталось ещё немного его потерпеть. Он уже больше ничего не спрашивал. Смотрел прямо и как-то потеряно. Не ожидал? Я тоже. Нужно иметь помутнение рассудка, чтобы полюбить Тимура. Хвала Богу, у меня с этим всё в порядке.
— Спасибо, — сказала, как только мы остановились. — Надеюсь, что всё останется, между нами.
Потянулась к ручке двери, как меня остановил Влад.
— Подожди.
Я обернулась к нему, но он ничего не говорил. Молчал.
— Да?
— Ничего, — сделал тяжелый вздох. — Обещаю, что никому не расскажу.
— Вот и отлично, — с чистым сердцем выпрыгнула из машины, направляясь прямиком к подъезду.
Только я уже не видела, как Влад с какой-то затаенной грустью смотрел мне вслед. Постоял ещё несколько минут, а затем уехал, забирая с собой слова, которые могли изменить многое.
* * *— Где ты была?
Я не успела перешагнуть порог квартиры и включить ноутбук, как увидела видеозвонок от Моники.
Она с какой-то обидой смотрела на меня по ту сторону экрана и ждала объяснений. А я хотела просто лечь, и чтобы меня никто не трогал….
Сумасшедший день. Хотелось переварить и обдумать последние события, но никак не рассказывать всё подруге. Но я знаю, что ждать она не будет, как бы я её не просила. Обидится и всё.
— Сначала устроилась на работу, а затем меня пригласили на вечеринку.
— Так, стоп, — подняла ладонь вверх, а я поняла, что расспросов не избежать.
— Какая работа? Какая вечеринка?
— Консультантом в магазине, — дала односложный ответ, который никак её не удовлетворил.
Отчаянно вздохнула и начала рассказывать всё, что происходило в эти дни. В деталях и со всеми вытекающими подробностями.
Иногда делала передышку, переводя дыхание, а затем с новыми силами продолжала. Сама не заметила, как увлеклась и открылось второе дыхание.
— Офигеть, — широко открыла рот от удивления подруга, выпучив смешно глаза.
— Не могу поверить. Слушай, это судьба. А ей противиться бессмысленно.
— Какая ещё судьба? Ты шутишь?
— Какие тут шутки, — махнула рукой. — И что? Ты правда ушла по-английски, ни с кем не попрощавшись?
Угрюмо кивнула, чем заслужила снисходительный взгляд.
— Плохо.
— Это ещё почему? — вскинулась я
— Теперь все будут тебя считать не образованной и не вежливой. Это ещё меньшее из того, что они могут думать.
— Не думаю.
— Вот увидишь.
