Мы снова дома

И кто тогда подонок, если они погибнут потому, что вы, видите ли, хотите со своими семьями жить? Так что не надо, пошли. Не заставляйте нас применять силу.

— Кто вы такие? — ступил вперед Николай Александрович, тоже сразу понявший, что против этих существ совершенно бессилен, веяло от них нечеловеческой, давящей, пригибающей к полу силой. — По какому праву вы лезете в чужие жизни? У нас спасательная экспедиция, здесь семнадцать миллионов беженцев, которых надо вывести в нашу реальность.

— Проход останется открытым, пока вы их не выведете, — столько же безразлично сообщил второй.

— А затем учитесь обходиться без хаймотиков, для вас их наличие слишком большая роскошь. Они нужны в другом месте.

— Ни их, ни чье-либо вообще мнение значения не имеет. Есть высший долг. Им дан дар, который они обязаны использовать в полной мере.

В этот момент до Игоря дошло, что он больше никогда не увидит своих любимых девочек. Ни Нику, ни Талариэль, ни Гарху, ни Хаянгу, да и всех остальных тоже. И парень ментально заорал от отчаяния, направляя мольбу о помощи неизвестно кому и куда, эта мольба мгновенно заполонила собой пространство, прорвавшись куда-то туда, куда обычно мольба человека прорваться не может.

Но Игорь вложил в нее всю свою душу, все свое отчаяние, и она прорвалась. Ее услышали. Вот только кто услышал? Этого парень не знал, но был готов на все, чтобы избавиться от судьбы Контролирующего. Слишком она страшна и беспросветна, слишком безнадежна.

— Ты что творишь, идиот⁈ — эрсай присели, прикрыв уши ладонями, мольба била их по нервам и корежила.

— Да ты хоть понимаешь, КТО может прийти на такой зов? Прекрати немедленно!!!

— Поздно, — раздался чей-то спокойный голос. — Я уже здесь.

Из темного угла ангара вышел высокий молодой мужчина с небольшой бородкой, одетый в просто выглядящий комбинезон. Вот только силой и ужасом от него веяло такими, что хотелось немедленно куда-то спрятаться, только бы не оставаться рядом с незнакомцем. Он был как бы не страшнее Воспитателей, все люди мгновенно поняли это и нервно поежились.

Этот человек (а человек ли?) являл собой воплощение силы, слепое и грозное.

— Авари… — простонал один из эрсай. — Тебе-то что надо?

— Помешать вам совершить одну из последних ошибок.

— Последних ошибок? Что ты имеешь в виду?

— Вы, вся ваша структура, почти превысили меру терпения Творца, — столь же спокойно, как и раньше, ответил Авари. — Утверждаю это со всей ответственностью. Чем это чревато вам прекрасно известно.