Мы снова дома

Я…

Его прервало странное жужжание, по стенам кают-компании прокатились световые волны, после чего из ниоткуда раздался насмешливый, совсем еще молодой голос:

— Вы в другой вселенной, очень далекой от вашей. Домой вам никогда не вернуться. Попробуйте создать здесь новую цивилизацию, более гуманную, чем ваша. Без рабства. Учтите, за вами будут приглядывать, и если вы продолжите в прежнем духе, вами займутся вплотную. Да, чтобы вы не питали лишних иллюзий, сообщаю, что вскоре все флоты вашей экзархии будут переброшены в другие вселенные, а ваша страна прекратит свое существование.

— Почему? — медленно встал Даор-Эрадо. — Что вам до нас?

— Ни одна рабовладельческая цивилизация не имеет права на существование, с любой таковой мы будем воевать без жалости, до конца, — ответил чужак. — Тем более, что вы стакнулись с нашими врагами, остатками подонков, сбежавшими и спрятавшимися где-то на вашей территории. Мы перероем Рахар по камешку, но все равно найдем их. Если вам что-либо известно о появившихся в экзархии странных людях, советую добровольно сообщить о них, или вы будет изъяты и ментоскопированы.

— Не понимаю, — покачал головой адмирал. — Чем вам мешает рабство?

— Рабы тоже живые, им тоже больно, а вы относитесь к ним как звери к добыче, издеваетесь и унижаете, — ответил чужак.

— Да кто вам это сказал? — скривился Даор-Эрадо. — Федералы? Они наговорят. Их автоматически продляемые кабальные контракты куда более жестокая мерзость, чем открытое рабство, из которого вполне можно выкупиться, если приложить должное старание.

— О таком понятии, как доброта, помощь другим, честь и сочувствие вы никогда не слышали?

— Откуда вам знать, что у нас их нет? — фыркнул адмирал. — Да, их не применяют по отношению к рабам, и что? Выкупишься из рабства — все будет.

— Боль и горе разумных существ создают силу, называемую инферно, она уничтожает все, до чего дотянется, — со вздохом объяснил чужак. — Боль и горе рабов точно так же создают инферно, как боль и горе свободных. Иногда, конечно, приходится воевать и наводить порядок, но необходимо как можно сильнее уменьшать саму возможность причинения другим боли и горя.