Мы снова дома

— Значит, бороться вы не будете…

— Никто в империи не будет, дураков нет, — криво усмехнулся Иван. — Хотя вру, попадаются, только им быстро крылышки-то обрывают. Мы при такой лютой власти еще никогда не жили! Зато и живется при ней тем, кто законопослушный, как у бога за пазухой. Так что если вы приехали нас агитировать, то зря приезжали. Мы ради каких польских или европейских панов шкурами рисковать не будем. У меня пятеро детей!

— Неужто вильна Украина вам безразлична? — тяжело посмотрел на него Мыкола.

— Для кого вильна? — хмыкнул Васыль. — Мы при ней жили, как последние злыдни, с хлеба на воду перебивались. Забыл? И ты предлагаешь вернуть все это? Да ну на хрен! Мы пахать будем, а какие-то паскуды жировать? Не выйдет! Щас хоть все жируют, сам видал распределитель.

— Купили вас москали, — со злостью констатировал Тарас.

— А хоть бы и купили, — пожал плечами Иван. — Вас вон ляхи или кто за ними стоит купили. Потому сразу говорю, братья. Говорить, выпивать и дружить — да. А за политику между собой говорите, нам оно неинтересно.

— Впятером? — полезли на лоб глаза гостей. — Это чего ж, у пацана пять жен будет? Это ж как он их всех… того?..

— А кто их знает, у имперцев и по двадцать жен бывает, у них баб то ли в двадцать, то ли в тридцать раз больше, чем мужиков, — пожал плечами Васыль. — Особенно среди молодых.

Приехавшие из Польши эмиссары, которым поручили выяснить настроения на Украине, уныло переглянулись. Похоже, проклятые имперцы перебили всех, кто хоть чего-то стоил, осталось одно быдло, которому сытая жизнь застит все остальное. И ничего поделать с этим они не могли, раз даже их родные братья отказались от борьбы. Надо будет попробовать поговорить с другими мужиками, а особенно, с молодыми парнями. Они еще не знали, что представляет из себя воспитанная в имперских школах молодежь.

Тяжелые размышления не давали Сергею Петровичу Логанову покоя, он ходил по пещере туда, сюда, но выхода никак не находил. Крохотный островок, на котором немногие выжившие члены экипажа «Солнечного» нашли приют после кораблекрушения, не мог прокормить двенадцать человек, жили впроголодь. А ведь впереди зима, и по предположению планетологов, один из которых немного разбирался в метеорологии, она будет холодной.