В вашем возрасте необходимо заботиться о себе. Майечка, вы замужем?
– Нет, – чуть слышно ответила Мирская.
– Странно, что такая красивая и умная женщина живет одна, – расплылся в змеиной улыбке Алексей. – В вашем возрасте нужно иметь за спиной каменную стену, за которой можно спокойно переждать любые бури. Слабой половине человечества лучше не работать, а отдыхать, заниматься собой. Спа-салон, фитнес-центр, шопинг, вы меня понимаете? Напряженный ритм телевидения больше подходит молодым.
Майя перепугалась до дрожи в коленках.
Всем на канале известно, что Волгин – злые уста и карающий меч Великого и ужасного. У Майи скоро пятидесятилетний юбилей, она молодец, выглядит на сорок, работает без устали, но отдел кадров знает о возрасте безотказной дамы, и Алексей неделикатно намекнул ей: готовься на выход, дорогуша, с вещами!
Несмотря на охватившую ее панику, Майя решила сохранить лицо и с достоинством произнесла:
– Я люблю спа и шопинг, но не мыслю себя без работы, к тому же на посещение массажиста и косметолога нужны деньги.
– С такой красотой нетрудно найти мужчину, который охотно будет вас баловать, – замурлыкал Алексей. – Просто оглянитесь, вероятно, он рядом с вами. Выйдете замуж, осядете дома, перестанете нервничать. В вашем возрасте вредно жить в постоянном стрессе!
– Я молодая, здоровая, сильная, способна работать еще триста лет, – разозлилась Майя. – Перестаньте делать мне оскорбительные намеки!
Волгин отпрянул, а Мирская вскочила в весьма вовремя подъехавший лифт и умчалась наверх.
В душе укоренился страх: а ну как ее вытурят с работы? Куда тогда деваться? Как жить? Накоплений у нее нет. Если Алексей и дальше продолжит нежную травлю, она сама отправится к Михайлову и скажет: «Я пахала на вас пятнадцать лет, а теперь вы меня гоните вон, как дряхлую собаку?»
Ничего хорошего после такого заявления с Майей не произойдет, но она хотя бы временно испортит Великому и ужасному настроение.
Мирская отлично знает, как тот не любит скандалов.
Но Алексей неожиданно перестал намекать Мирской на ее преклонный возраст, он придумал новый финт. Два дня назад личный палач его величества зазвал Майю в свой кабинет и устроил ей царский прием. Едва она увидела, как Лешенька достает из шкафа коробку швейцарского шоколада, английское печенье и бутылку французского коньяка, она поняла: дело плохо, не к добру такая щедрость и веселый оскал Волгина.
