Мыловарня леди Мэри

Папенька сказал, что нужно быть очень аккуратной, потому что лицо, ручки и ножки у куклы из фарфора. И они могут разбиться, как маленькая кружечка от маменькиного чайного сервиза...

- Лев Алексеевич, - в гостиной под окном которой я сидела, послышалась какая-то возня, будто бы папенька играл с собакой, и раздался смешливый и немного смущенный женский голосок, - какой вы, однако, нетерпеливый... ну, подождите же... послушайте... Мишеньке уже почти семь... нам нужно нанимать учителей... а-ах... Лев Алексеевич! Вы такой щедрый.

Мама-Васка, сидевшая на ступеньках неподалеку, бросила вышивку, подскочила и, подхватив меня на руки, потащила прочь... Быстро, как будто бы мне грозила опасность. А моя кукла... я не смогла удержать ее в руках. И она упала, ударяясь фарфоровым личиком об пол... и его, перекашивая и превращая в кошмар, перечеркнула ветвистая трещина...

- Не-ет! - кричала я, вырываясь из рук мамы-Васки...

- Маруся! Маруся! - я проснулась то ли от собственного крика, то ли от того, что мама-Васка трясла меня плечо, - проснись!

- Мама-Васка, - приподнялась я на кровати, - что случилось?

- Мария Львовна, - встревоженный голос жениха раздался из моей гостиной, - что случилось? Вы так кричали.

- Кричала? - удивилась я и вдруг вспомнила свой сон... мысли заметались в голове. Что это было? Воспоминание Маруси или просто фантазия? Надо спросить у мамы-Васки... но сначала, - Михаил Андреевич, все хорошо.

Я вцепилась в свою няньку, как бы намекая, что она должна остаться. А когда жених, пожелав мне спокойной ночи, ушел, я подняла глаза на нее и зашептала:

- Я кажется что-то вспомнила... Мама-Васка... скажи, у меня была кукла... с нарисованным лицом? Она еще упала и разбилась... была?

- Марусенька, - всхлипнула мама-Васка и разрыдалась. Она не могла ответить, только кивала головой, как собачка на приборной панели в той самой машине, которая меня сбила.

- Скажи, - я сглотнула... страх сжал сердце. Вдруг я что-то не так помню. Или не так поняла, - а... мама Михаила Андреевича... и мой... папенька, - выдавила я из пересохшего горла, - они были вместе?

Мама-Васка мгновенно перестала плакать и, испуганно взглянув на меня, попятилась задом к краю кровати, намереваясь улизнуть.

- Мама-Васка! - схватила я упрямую няньку, - значит это правда?! И Михаил Андреевич...