Мыловарня леди Мэри

Гости мгновенно забыли про угощения и рванули во двор замка. Из уст в уста передавали причину стычки, безбожно перевирая услышанное.

Пока дошли до двора я услышала не меньше трех вариантов: граф оскорбил невесту барона непристойным предложением, барон застал невесту и графа за непристойным поведением, граф претендует на мою руку и сердце и желает устранить соперника. Странно, но никто даже не предположил, что я не имею к этому спору никакого отношения.

На меня смотрели косо, и не подходили.

.. с одной стороны я не особенно страдала по тому поводу, ибо принимать участие в разговорах о шелковых нитях для вышивания было бы откровенно скучно, а с другой... мне нужно завязать отношения с аристократами. Лучше, конечно, с мужчинами, ведь дамы в этом обществе ничего не решают. Но они сторонились меня еще больше.

Граф и мой жених встали в центре круга и обнажили шпаги. Взмах, резкий удар метала об метал... выпад... мой жених с трудом увернулся от шпаги графа.

У меня земля под ногами закачалась, и я уже готова была кинуться между ними, чтобы остановить бой, но тот самый толстячок, барон Будберг из Хеманики, схватил меня за локоть, развернул спиной к центру и зашептал:

- Не стоит, госпожа баронесса... вы только опозорите своего жениха. Подождите, господин граф обычно довольствуется малой кровью...

- Ч-что?! - зашипела я, - об-бычно?!

- Да, - довольно закивал барон, - граф недавно приехал из Фанкии, и именно он привез этот обычай в Русину.

Говорят, там даже король не гнушается дуэлей.

- Но... но... - мое заикание вернулось, и челюсть знакомо свело, делая разговор невозможным.

- Послушайте, Мария Львовна, вы же позволите мне называть вас так? - Я кивнула, пытаясь повернуться к поединщикам, но барон держал крепко. - До меня дошли слухи, что восхитительное шелковое мыло, от которого я в полном восторге, производят на мыловаре некой леди Мэри на территории вашего замка.

..

Я кивнула. Пожалуй, впервые в жизни я не готова была говорить о мыле. Я хотела увидеть, что происходит там, за моей спиной, где звенели шпаги, тяжело дышали мужчины, скрипел под их ногами утоптанный снег и восторженно ахали зрители...

- По весне, как просохнут дороги, - продолжал толстячок-барон, - я собираюсь навестить своих родственников в Хеманике. И хотел бы приобрести у вас шелковое мыло в качестве подношения сюзерену.